Стартует общественная кампания против Центра "Э"

+1
+2
-1

17 сентября около здания Следственного комитета при Прокуратуре РФ в Москве пройдет акция протеста против преследования новороссийских правозащитников Тамары и Вадима Карастелевых за лозунг «Свободу не дают, ее берут». Акция пройдет в форме театрализованного представления – на суд «инквизиции» будут представлены произведения классиков русской литературы. Уведомление о проведении пикета подано в префектуру ЦАО г.Москвы. Напомним, именно прокуратура Новороссийска инициировала дело о признании «экстремистской» организации «Новороссийский комитет по правам человека». Акция состоится в 17 часов по адресу Технический переулок, д.2 (на углу с улицей Радио). Организаторы – движение «Автономное действие», анархисты Москвы. Акция проходит в рамках общероссийской кампании за упразднение центров "Э" (http://www.extremizma.net).

Первое судебное заседание о признании "Новороссийского комитета по правам человека" «экстремистской организацией» состоится 17 сентября в Октябрьском районном суде г.Новороссийска. Акции движения "Автономное действие" в защиту Карастелевых в этот день пройдут еще в нескольких городах России.

Предыстория. 4 апреля 2009 года новороссийские правозащитники вышли на пикет против закона о «комендантском часе» с лозунгом «Свободу не дают, ее берут». Два месяца спустя суд признал этот лозунг экстремистским, а в августе прокуратура подала заявление о признании экстремистской организации «Новороссийский комитет по правам человека», лидером которой является Карастелева. Вполне вероятно, что за признанием комитета «экстремистским сообществом» последует уголовное дело против активистов организации (ст. 282.1 или 282.2 УК РФ). Очевидно, местные власти просто нашли повод, чтобы расправиться с правозащитниками Тамарой и Вадимом Карастелевыми, которые множество раз выступали против политики региональных властей.

Также очевидно, что чрезвычайно широкое толкование понятия «экстремизм» позволяет отнести к нему практически любой вид деятельности, любую акцию протеста. Решение вопроса о признании того или иного высказывания, агитационного материала, публикации «экстремистскими» остаются на усмотрение зависимых российских судов.

«По нашему мнению лозунг "Свободу не дают, ее берут" отражает активную жизненную позицию свободного человека, который стремится к отстаиванию своих прав, - заявляют организаторы акции. - Признание этого лозунга экстремистским фактически означает введение запрета на само понятие свободы и стремление к ее осуществлению. Поэтому мы призываем всех людей, считающих себя свободными, к демонстративному использованию этого высказывания, а также проведению акций, на которых этот лозунг будет основным. Если правоохранительные органы не готовы посадить сотни людей за этот лозунг, они будут обязаны отказаться и от преследования Карастелевых».

Манифест общественной кампании против центра "Э" - http://www.extremizma.net/blog/news/53.html

Поделиться

Акция в поддержку Карастелевых в Новосибирске

+1
0
-1

[img_assist|nid=3574|title=|desc=|link=node|align=left|width=100|height=75]16 сентября, в Новосибирске прошла акция солидарности с новороссийскими правозащитниками.
В ходе акции активистами «Автономного действия» и представителями близких левых традиций внутри станции метро был запущен баннер на воздушных шарах. Баннер содержал тот самый лозунг, за который Тамару собираются признать экстремистом. Предварительно в метро была проведена массовая расклейка стикеров, посвященных этому событию. Акция произошла в час пик и несмотря на на то, что его сняли достаточно быстро — его смогло увидеть множество людей.

Напомним о происходящем: 4 апреля 2009 года новороссийские правозащитники вышли на пикет против закона о «комендантском часе» с лозунгом «Свободу не дают, ее берут». Два месяца спустя суд признал этот лозунг экстремистским, а в августе прокуратура подала заявление о признании экстремистской организации «Новороссийский комитет по правам человека», лидером которой является Т. Карастелева. Первое судебное заседание о признании «Новороссийского комитета по правам человека» «экстремистской организацией» состоится 17 сентября в Октябрьском районном суде г.Новороссийска.

Мы не намерены молчать, когда законами «об экстремизме» покрывают репрессии против неугодных власти, когда слово «свобода» признают экстремистским. Мы будем действовать любыми доступными средствами, потому что мы выбираем свободу!

«Автономное действие», Новосибирск
http://imc-siberia.org/ru/node/3324

Поделиться

И снова центр "Э": преследования антифашиста в Иркутске

+1
0
-1

Жертвой деятельности оперативников Центра по борьбе с экстремизмом стал 30-летний Алексей Малинин. Его пытаются лишить свободы за преступление, которого он не совершал. В отношении Алексея возбужденно уголовное дело за номером УД-37812 по ст.116 ч.1 УК РФ, а именно нанесение побоев без причинения вреда здоровью.

Алексей является человеком с активной гражданской позицией, участвует в санкционированных акциях по защите прав и свобод человека, окружающей среды и животных. Политические взгляды Алексея близки к анархистским.

Ниже описание обстоятельств, связанных с этим делом. 1 мая около 14:30 Алексей был незаконно задержан в центре города сотрудниками Центра по борьбе с экстремизмом. В это время он вместе со своими товарищами шел с Первомайской демонстрации, организованной КПРФ. Оперуполномоченный Смоликов потребовал Алексея проехать вместе с ним, якобы для беседы. После отказа Алексея беседовать с оперативником без адвоката и законных на то оснований, оперуполномоченный Смоликов надел на Алексея наручники и задержал его с помощью второго оперативника. Все происходило на глазах у товарищей Алексея. На все их вопросы отвечали, что Алексей задержан как подозреваемый в нанесении побоев. Оперативник солгал, что задержанный будет доставлен в Октябрьское РОВД в качестве свидетеля.

Алексея доставили в Центр по борьбе с экстремизмом. В течение нескольких часов задержанному угрожали и оказывали на него моральное и физическое давление. От Алексея требовали сознаться в том, что он 15 марта 2010г. стрелял в некоего человека из травматического пистолета. На отказы Алексея оговорить себя и на его доводы о том, что в это время он был дома, сотрудники Центра по борьбе с экстремизмом не реагировали. Ему предлагали подобие >, а именно дать > показания против >, который является активным членом неонацистской группировки. Алексей не был знаком с > лично, но был о нем наслышан и читал о нём в Интернете. Несмотря на угрозы, Алексей отказался давать требуемые характеристики на не знакомого ему человека. После этого оперативники повезли Алексея в Кировское РОВД, сказав, что на него заведено уголовное дело.

В Кировском РОВД Алексея в качестве свидетеля допросила дознаватель Скавитина К.К., а затем быстро, с многочисленными нарушениями была проведена процедура опознания. > - Евгений Панов, он же неонацист по кличке Бумер, > в Алексее якобы нападавшего на него человека. Затем Алексея перевели в категорию подозреваемых и начали вести допрос без предоставления адвоката и возможности сообщить родственникам о случившемся. Все это время сотрудники Центра по борьбе с экстремизмом присутствовали при следственных действиях и постоянно оказывали на Алексея моральное давление, допуская явные и скрытые угрозы в адрес Алексея, его семьи и близких. Требовали от него сознаться в предъявленном ему обвинении и угрожали его жизни и здоровью, если он будет распространять информацию о случившемся в СМИ. Когда Алексей отказался признать себя виновным, его друзьям было сказано: >. В действиях оперативников и дознавателя не было ясности. Алексею не показали ни одного документа, дающего основание для его задержания, доставления в отдел, допроса, дачи свидетельских показаний. На данный момент продолжается процесс дознания, идут следственные действия. Алексей находится под подпиской о невыезде. Адвокатом Алексея подана жалоба на незаконные действия сотрудников Центра по борьбе с экстремизмом. По непонятным причинам в ходе следствия поменяли следователя. Алексею и его адвокату четко дали понять, что сотрудники Центра по борьбе с экстремизмом будут >. Дело продолжает >, несмотря на то, что у Алексея алиби. В этот день, 15 марта, он находился дома и
физически не мог быть в это время на предполагаемом месте преступления. При каждой встрече оперативники по-прежнему угрожают Алексею принести вред ему или его близким, стараются очернить его в глазах близких людей и коллег по работе, распуская слухи. Больше всего эти действия похожи на попытку усложнить жизнь человеку, испортить его деловую репутацию и унизить его человеческое достоинство, чем на поиск так называемых улик по сфабрикованному уголовному делу.

Мы, друзья Алексея и его товарищи, знаем его как миролюбивого человека и абсолютно уверены в его невиновности. Также мы считаем, что данное дело представляет собой открытое политическое давление со стороны правоохранительных органов на человека с активной гражданской позицией, не желающего молчать. Только этим возможно объяснить участие в данном уголовном деле Центра по борьбе с экстремизмом и выходящие за рамки закона действия его сотрудников. Мы считаем, что правоохранительные органы, в частности, Центр по борьбе с экстремизмом, не стремятся расследовать реальные преступления, а
занимаются пресечением деятельности активных граждан, чьи действия идут во благо общества и города Иркутска.

___
http://tyumenrevsoc.livejournal.com

Поделиться

Народное мнение об экстремизме

+1
0
-1

[img_assist|nid=3580|title=|desc=|link=node|align=left|width=100|height=68]
17 сентября, в общероссийский день единых действий против центра «Э», участники тюменского «Автономного действия» и сочувствующие анархисты провели не что-нибудь, а... социологический опрос по актуальным нынче проблемам «экстремизма».
Вечером, когда поток людей выдвигается по направлению от надоевших рабочих мест, к не менее надоевшим четырём стенам домов, у них на пути встали юноши и девушки с опросниками в руках. Происходило это, конечно, не в случайном месте, а прямо через дорогу от здания тюменского Центра по противодействию экстремизму (ул. 30 лет Победы, дом 6). Впрочем, практически никто из опрашиваемых не был в курсе того, что скрывается внутри этого неброского кирпичного здания. Тем более, что на нём до сих пор висит табличка «Управление по борьбе с организованной преступностью».
Таким образом, мы опросили около 20 случайно встреченных людей, задав им следующие вопросы:
Как вы относитесь к фразе «Свободу не дают, её берут»?
Что такое «экстремизм»?
Нужен ли в Тюмени Центр по противодействию экстремизму?
Кого в Тюмени можно считать экстремистом?
Могут ли вас объявить экстремистом?

Каковы же результаты? Фраза «Свободу не дают, её берут», как и ожидалось, вызывала у респондентов некоторую задумчивость. Через некоторое время, однако, люди всё-таки высказывали своё мнение. Большинство сообщили, что относятся к этой фразе скорее нейтрально, во всяком случае, не видят в ней ничего особенно страшного. Примерно равные (небольшие) группы опрошенных ответили, что фраза им нравится или, наоборот, что они активно против этого тезиса.
По поводу того, что такое «экстремизм», мнения у нашего прекрасного народа разошлись очень далеко. 70% респондентов вообще затруднились ответить, хотя и слышали это слово в СМИ. Среди остальных ответов можно ответить плотную группу респондентов, по мнению которых «экстремизм» - это боевики, терроризм, причём скорее мусульманский фундаменталистский терроризм («женщины в чёрной одежде»). Вторая группа считает, что «экстремизм» это любое насилие, вообще любая злонамеренная деятельность. Многие, судя по всему, путая «экстремизм» и экстремальные виды спорта, отвечали что-то в духе «опасная деятельность, нечто, связанное с риском для жизни». Женя 18 лет сообщил, что «экстремизм — это нацизм, в смысле, когда на улицах бьют приезжих». Варваре 23 лет кажется, что это такой способ борьбы за свои права, «который не одобряет мировое сообщество».
Практически все опрошенные ответили осторожно-утвердительно на вопрос, нужен ли Тюмени Центр по противодействию экстремизму, в том числе те, кто затруднялись ответить, что такое «экстремизм». Лишь два человека были явно против.
Вполне логичный следующий вопрос «А кто же в Тюмени экстремист?» людей почему-то веселил. Около трети респондентов считают, что в Тюмени экстремистов вообще нет или затруднились ответить. Другие полагали, что экстремисты в Тюмени всё-таки есть, «например, семейный и детский экстремизм» (Борис Иванович 58 лет). На роль тюменских экстремистов выдвигались так же таксисты (особенно «привокзальные»), весь народ (!), преступники, чиновники, все, у кого есть деньги (!!!) и «те кто против власти». У Людмилы 23 лет возникла версия, что экстремисты — это «все, кто младше 15 лет», а у более старших такое проявляется реже. (Видимо, тут отголоски недавно введённого в Тюмени комендантского часа для подростков)
Ну и наконец мы удивляли людей последним вопросом - «А могут ли признать экстремистом лично вас?». Как ни странно, почти половина опрошенных признала, что да, могут, причём Сергей 23 лет добавил «Как власть решит». Елена 18 лет считает, что её никогда не объявят экстремистом, потому что у неё «есть связи в милиции» (это та же девушка, которая считает, что экстремисты — это те, кто против власти).

Итак, какие выводы можно сделать из этого пилотного соцопроса? Население Российской Федерации до сих пор, несмотря на усилия МВД, ФСБ и других компетентных органов, до сих пор не особо в курсе, что же такое этот самый загадочный «экстремизм». Это наводит на мысль о том, что и сами «органы» плохо себе это представляют. Вообще, судя по разнообразию ответов, словечко-уродец «экстремизм» скоро войдёт в анекдоты по типу хрущёвской «кузькиной матери».
Интересно почти поголовное согласие с нужностью центров по противодействию экстремизму. Как уже говорилось, такое говорили даже те, кто вообще затруднялся дать определение этому понятию. Судя по фразам типа «наверное нужен, раз он есть», эти ответы отражают не реальное мнение людей. Мнения по этому вопросу у них просто нет по причине непонимания того, с чем же вообще должен бороться центр «Э». Не с таксистами же, в самом деле. Видимо, тут мы имеем дело с эдаким фатализмом по Гегелю - «Всё действительное разумно» в варианте «всё, что делает власть, разумно по умолчанию». Ведь не зря же им кирпичный особняк отгрохали, правда?
Тем не менее, когда дело касается лично их, даже у русских фаталистов просыпается здравый смысл и они понимают, что экстремистом, если понадобится, их признают на раз-два. То есть, респонденты в целом понимали, что обвинение в экстремизме это просто удобный способ задавить неугодного. Ну, если конечно у вас нет «связей в милиции»!
Что же касается пресловутой фразы «Свободу не дают, её берут», то вот аргумент новороссийским судьям: простые люди, даже не слышавшие о процессе Карастелевых, в большинстве своём не видят в этой фразе ничего плохого. И уж точно не желают, чтобы за неё кого-то судили. Vox populi — vox dei, однако.

Так прошла первая тюменская акция в рамках кампании «Экстремизма.нет». Не за горами следующие. Присоединяйтесь к нам! Манифест кампании читайте на сайте http://www.extremizma.net[img_assist|nid=3581|title=|desc=|link=node|align=left|width=100|height=82]

Поделиться

ПРЕСТОЛОНАСЛЕДИЕ - это наша юридическая реальность

+1
0
-1

11 марта в Бабушкинском районном суде Москвы должно было состояться заседание по делу другого сторонника Лимонова - Николая Авдюшенкова. Однако, суд был перенесен по причине занятости его адвоката. Следующее заседание назначено на 25 марта.

Это дело резонансное. В конце декабря 2009 года орловскому оппозиционеру Михаилу Дееву были предъявлены обвинения по ч.2 ст. 282.2 УК РФ ("Участие в деятельности экстремистской организации") и ч.1 ст.282 УК РФ ("Возбуждении ненависти и вражды, а также унижение достоинства человека и группы лиц по признакам национальности и принадлежности к социальной группе"). В Интернете появилась копия официальной экспертизы, в которой указывалось, что

в надписи "Долой самодержавие и престолонаследие!" на стикере, найденном у Деева, "имеется призыв к насильственному свержению государственной власти".

Поделиться

Страсбург реагирует оперативно на проделки центра "Э"

+1
-1
-1

17 января 2011 стало известно, что ЕСПЧ принял Жалобу Артема Лоскутова, который подал ее в конце 2010 г. Напомним: отсчет начался с 12 мая 2010 года, когда Новосибирский областной суд оставил без изменений приговор Дзержинского районного суда Новосибирска, вынесенный Артему Лоскутову в марте 2010 года. Лоскутов был приговорен по ч.1 ст. 228 (незаконное приобретение или хранение наркотических средств без цели сбыта) УК РФ к штрафу в размере 20 тысяч рублей.

Уши центра "Э" торчали в этом деле самым явным образом. Сотрудники местного центра "Э", до того неоднократно проявлявшие интерес к общественной деятельности художника, проводили задержание!!!
Между тем ему была предъявлена не экстремистская статья. Сам Лоскутов и свидетели его задержания утверждают, что наркотики ему были подброшены сотрудниками правоохранительных органов.

Там подброс нарокты, а здесь изготовление фальшивой листовки. Уж лучше бы наркоту подбрасывали )))

Поделиться

Центр Э. Давление на активистов в Магадане

+1
0
-1

В далеком и холодном Магадане практически нет никакой политической жизни.
Зато есть местный Центр противодействию политическому экстремизму,
которому нужны хорошие показатели по раскрываемости. В борьбе за
показатели сотрудники Центра проявляют изобретательность и смекалку.

Так, 23 июня, прямо на работе был задержан магаданский журналист и
социальный активист Евгений Бузев, известный политической полиции своими
антифашистскими взглядами.

Доставив Евгения в место дислокации Центра, оперуполномоченный Александр
Решетников первым делом ознакомился (в отсутствии понятых) с содержимым
его карманов, не сделав исключения и для личных писем. Затем отважные
борцы с экстремизмом приступили к допросу.

Евгению объяснили, что в городе, якобы, появился ряд антифашистских
граффити на стенах, и что Евгений и некоторые его товарищи являются
подозреваемыми. Основным мотивом антиэкстремистов стало чеканное: - Ну ты
же здесь антифашист.

Помимо этого, полицейские пообещали также обеспечить необходимое
количество свидетелей участия Евгения в антифашистской деятельности.
Свидетелей воины антиэкстремистского фронта намеревались обеспечить весьма
своеобразным образом: назвав Евгению фамилии известных ему магаданских
нацистов, сотрудник Центра пояснил, что каждый из них с удовольствием даст
какие угодно показания против антифашистов. Кроме этого милиционеры не
забывали и о привычном наборе угроз, вроде тюремного срока.

Кульминацией беседы стало предложение от того же Александра Решетникова.
Он объяснил Бузеву, что единственной возможностью избежать проблем для
него станет «перевод стрелок». «Стрелки переводить» было предложено на
известных Евгению антифашистов. В противном случае, объяснил Решетников,
из Евгения и его близких друзей, с помощью легкой бюрократической
процедуры, будет сформирована «преступная группа экстремистской
направленности». На поиск стрелочника Решетников дал неделю, переписав на
прощание номера из телефона Бузева.

Магаданским антифашистам не впервой приходится сталкиваться с репрессиями
государственных органов. Однако, ситуация настолько явной фабрикации
уголовного дела и столь же открытого сотрудничества Центра с неонацистами,
для нас внове. Пока остается только гадать, чем это вызвано. То ли
дальневосточные милиционеры настолько испугались приморских событий, что
решили запугать всех потенциальных недовольных. То ли, в условиях
сокращения МВД, магаданский Центр «Э» решил развить беспорядочную
деятельность, которая бы хоть как-то оправдывала его существование.

___
http://tyumenrevsoc.livejournal.com

Поделиться

www.extremizma.net

+1
0
-1

Сайт Экстремизма нет!

Что мы требуем и к чему призываем

1. Мы требуем закрытия и расформирования центров «Э» как коррумпированных, общественно опасных структур, нарушающих гражданские права и представляющих угрозу для здоровья, интересов и личной безопасности жителей России.

2. Мы требуем удалить из законодательства понятие «экстремизм» как юридически бессмысленное и создающее властям благодатные условия для борьбы с любыми проявлениями инакомыслия. Оно порождает множество злоупотреблений, и позволяет коррумпированному союзу власти и бизнеса затыкать рты всем недовольным. Долой политическую полицию! Кроме того, мы требуем отменить федеральный закон №114 «О противодействии экстремистской деятельности», поскольку именно он вводит крайне широкое понятие «экстремизма».

3. Мы требуем прекращения всех возбужденных дел против социальных и политических активистов по так называемым «экстремистским» статьям. Преследования участников общественных движений должны немедленно прекратиться! Скажем «нет» репрессиям властей против жителей страны!

4. Мы требуем соблюдения права на свободу слова, собраний, печати и критики в адрес властей! Мы требуем соблюдения социальных прав и гарантий! Мы призываем Вас осуществлять свои права явочным порядком, через прямое действие, не спрашивая у властей, а если потребуется – то вопреки им!

http://www.extremizma.net

Поделиться

День единых действий против Центра "Э": 30 октября

+1
0
-1

[img_assist|nid=3659|title=|desc=|link=none|align=left|width=96|height=100]30 октября в Тюмени состоится митинг, посвящённый проблеме произвола и беззакония со стороны так называемых центров "Э" - подразделений Департамента по противодействию экстремизму МВД России. Назрела потребность выразить протест против нарушений прав граждан сотрудниками этих центров и потребовать их расформирования. Митинг, заявленный инициативной группой граждан из различных движений, начнётся в 18 часов на Центральной площади (где Ленин). Он пройдёт в рамках всероссийских дней единых действий против центров "Э" 30-31 октября и приурочен к годовщине создания этих самых центров.

30 октября 2008 года в России были созданы так называемые Центры «Э» - ведомства для борьбы с «экстремистами». На работу в них перевели бывших сотрудников расформированного управления по борьбе с организованной преступностью (УБОП). Однако на практике центры «Э» уже успели неоднократно проявить себя в качестве общественно опасной структуры,которая творит произвол и нарушает права граждан.
Расплывчатость понятия «экстремизм» позволяет подогнать под него все, что угодно. Пытаясь выслужиться перед власть имущими, центры «Э»,все чаще занимаются травлей политической оппозиции и участников социальных движений. Любая критика действий власти, разоблачение коррупции чиновников, борьба с произволом милиции, даже использование перефразированной цитаты из Максима Горького «Права не дают - права берут» - все это теперь может быть легко истолковано судом как «экстремизм» и разжигание социальной розни.

Из-за неопределённости задач центров «Э» и содержания "антиэкстремистского" законодательства очень удобно использовать
обвинения в «экстремизме» для расправы с инакомыслящими, недовольными и просто критически настроенными гражданами. Бывшие сотрудники УБОП, привыкшие использовать такие методы следствия как избиения подозреваемых и подброс наркотиков, теперь таскают на допросы участников социальных движений. Таким образом, центры “Э” превращаются в политическую полицию на службе у бюрократического аппарата власти.

Мы требуем:

  • Закрыть и расформировать центры «Э» как коррумпированные, общественно опасные структуры, нарушающие гражданские права и представляющие угрозу для здоровья, интересов и личной безопасности жителей России.
  • Удалить из законодательства понятие «экстремизм» как юридически бессмысленное и создающее властям благодатные условия для борьбы с любыми проявлениями инакомыслия. Оно порождает множество злоупотреблений, и позволяет коррумпированному союзу власти и бизнеса затыкать рты всем недовольным. Долой политическую полицию! Кроме того, мы требуем отменить федеральный закон №114 «О противодействии экстремистской деятельности», поскольку именно он вводит крайне широкое понятие «экстремизма».
  • Прекратить все возбуждённые дела против социальных и политических активистов по так называемым «экстремистским» статьям. Преследования участников общественных движений должны немедленно прекратиться!
  • Соблюдать права на свободу слова, собраний, печати и критики в адрес властей!

Всероссийская общественная кампания протеста "Экстремизма.нет!" призывает всех, кто согласен с нашими требованиями, 30 октября присоединиться к нам. Иначе однажды мы проснёмся в окончательно фашистской стране, которая будет прикрывать свой фашизм "противодействием экстремизму".
Сайт Экстремизма нет!
http://www.extremizma.net
http://www.avtonom.org/extremizmanet

Поделиться

Пресс-релиз. Обновляется оперативно

+1
0
-1

В Тюмени подбрасывают экстремистские листовки. Задержан Андрей Кутузов «Кендер»

14 апреля в Тюмени задержан активист Андрей Кутузов «Кендер». По предварительным данным, Кутузову подбросили листовку экстремистского содержания, Кутузов задержан сотрудниками тюменского Центра по противодействию экстремизму. Сегодня начальник тюменского Центра по противодействию экстремизму Равиль Мухамедулин заявил прессе, что Кутузов задержан на 48 часов. Адвокат Кутузова Алексей Ладин практически не располагает сведениями о подробностях задержания. Предположительно, сейчас Андрей Кутузов содержится в тюменском ИВС. По сообщению адвоката, Кутузов задержан по подозрению в публичных призывах к экстремизму (ст. 280.1: "Публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности -
наказываются штрафом в размере до 300 тыс. руб., или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до 2-х лет, либо арестом 4-6 мес., либо лишением свободы на срок до 3-х лет). При задержании у Кутузова был изъяст жесткий компьютерный диск и принтер.
Сегодня другой активист антифашистского фронта Рустам Фахретдинов "Акбар" получил по телефону требование явиться к 15.00 на допрос в ФСБ в добровольном или принудительном порядке. Спустя несколько часов родственникам Фахретдинова вручили повестку явиться Фахретдинову на допрос в ФСБ 16 апреля, в 17.00. Тюменскому правозащитнику Вадиму Постникову также звонили с требованием явиться на допрос в ФСБ. Звонок в 15.00, от следователя Сухарева Анатолия Сергеевича. Правозащитник отказался приходить на допрос без повестки. Повестка с приглашением на допрос (сегодня, 17.00) была вручена Михаилу Савелкову "Джедаю", сотруднику штаб-квартиры РКРП. Ожидаются массовые вызовы оппозиции на допросы в Центр "Э" и ФСБ.
Напомним, что Адрей Кутузов - кандидат филологических наук, преподаватель Тюменского госуниверситета, анархист, организатор публичных акций протестов. Рустам Фахретдинов - известный не только в Тюмени и России, но и Польше активист и журналист. Кутузов и Фахретдинов регулярно выступали против преступных реформ, проводимых Правительством РФ, против беспредела местной власти. Отстаивал права обманутых дольщиков в области, участвовали в экологических лагерях, поддерживали акции защиты лесопарковых и заповедных зон, как в Тюмени, так и по всей стране.
В январе 2009 года Кутузов И Фахретдинов вместе другими анархистами уже подвергались задержанию сотрудниками ЦПЭ. Почти полгода оба находились под следствием, органы усиленно шили им дело по групповому вандализму и экстремизму. Тогда к защите тюменских анархистов оперативно подключились адвокаты ассоциации «Агора», благодаря чьему вмешательству дело было развалено. И вот сейчас Кутузова задержали с подброшенной экстремистской листовкой, а Фахретдинова вызволяют в ФСБ. Если общественность вовремя не отреагирует на действия Центра «Э», то на сей раз Кутузов может быть нагло осужден по ст. 281 (а то и ст. 282), а его дело развяжет руки местным карательным органам.
Все, кому небезразлична судьба интеллигентов, активных борцов за гражданские права Кутузова, Фахретдинова и оппозиции в целом, распространяйте информацию о задержании по любым каналам. Вы также сможете помочь, позвонив в Центр «Э», Следственный комитет или ИВС и потребовав комментарии. Все телефонные разговоры, имена и должности отвечающих фиксируйте и сообщайте о нарушениях вашего права на информацию.
8 (3452) 31-25-88 - начальник тюменского Центра «Э» Мухамедулин Равиль Салимович
8 (3452) 31- 35- 75 - дежурный Центра «Э», 31- 37-54 - т
8 (3452) 32- 14-68 - изолятор временного содержания
8 (3452) 79-47-02, 79-47-41 - Главное следственное управление ТО
8 (3452) 79-30-02, 79-30-23, 73-30-68 – ГУВД ТО.
Актуальную информацию о задержании Кутузова и возможных протестных акциях в Тюмени вы найдете на сайте www.golosa.info. Там же представители СМИ смогут связаться с тюменскими правозащитниками и друзьями задержанного.

От себя добавлю - я всего лишь хочу помочь Кендеру и хоть что-то в этом городе изменить. Я вряд ли обладаю эксклюзивной информацией, но я в Тюмени и буду на связи с друзьями Кендера и, по возможности, постараюсь держаться в курсе событий. Если вы представляете СМИ, правозащитные организации или живете в другом регионе, можете звонить мне в любое время - я попытаюсь сообщать Вам актуальную информацию или предоставить нужные контакты. Пока никто другой не опубликовал свой номер телефона для публичной связи, звоните мне. Но не забывайте, что и здесь информация наверняка будет обновляться сообразно ее поступлению. Если вы друг Кендера и хотите высказать свои сожаления, не звоните мне (как в прошлый раз) - я хочу оптимизировать нашу координацию, только и всего.
С уважением,
Анастасия,
8-963-453-40-17.

Поделиться

Акции протеста против деятельности центров "Э" пройдут в 10 городах России

+1
0
-1

[img_assist|nid=3665|title=|desc=|link=none|align=left|width=320|height=226]В конце 2008 года в России был создан Департамент МВД по борьбе с экстремизмом - так называемые центры «Э». За год своего существования центры «Э» успели зарекомендовать себя как общественно опасная структура, которая творит произвол и нарушает права граждан. Широта и расплывчатость понятия «экстремизм» позволяет подвести под него все, что угодно. Используя «антиэкстремистское» законодательство центры «Э», прокуратура, ФСБ занимаются травлей политической оппозиции и участников социальных движений.
30-31 октября акции протеста пройдут в 10 городах России.

Критика действий власти, разоблачение коррупции чиновников, борьба с произволом милиции и даже цитирование классиков может быть истолковано правоохранительными органами как «экстремизм» и разжигание социальной розни. Бывшие сотрудники УБОПа, использующие как методы ведения следствия избиение, запугивание и подброс наркотиков, теперь применяют их в отношении участников социальных движений. Центры “Э” превращаются в политическую полицию на службе у бюрократического аппарата власти.

Мы призываем Вас принять участие в Дне единых действий против «антиэкстремистского» законодательства и центров «Э».

В Москве 31 октября на 14-00 на Чистых прудах около памятника Грибоедову запланирован пикет и выставка ко Дню рождения департамента «Э». На выставке будут представлены наиболее выдающиеся «достижения ведомства» за прошедший год. Акция организована группой «Автономное Действие»-Москва и анархистами Москвы. Уведомление о проведении пикета подано в префектуру.

В Санкт-Петербурге пройдет «праздничный соцопрос». Жителям города будут заданы вопросы по поводу их отношения к экстремизму, «антиэкстремистскому» законодательству и деятельности центров «Э».

30 октября в 18 часов на Центральной площади Тюмени состоится политическая street-party (уличная вечеринка) "Экстремизма нет". Акция организована автономамми, анархистами, правозащитниками, коммунистами и другими активистами, оказавшимися в поле зрения центра «Э». В программе мероприятия: распространение информации о противоправной деятельности центров по борьбе с экстремизмом, уличные перформансы, подарки центру "Э" на день рожденья, музыка и танцы. Подробнее о тюменской акции - http://golosa.info/node/3660, контакты с организаторами: +7-922-265-7064, +7-909-742-1286, +7-922-073-0030

Акции пройдут также во Владивостоке, Нижнем Новгороде, Иркутске, Перми, Казани, Уфе.

Сайт кампании - http://www.extremizma.net
Событие во вконтакте: http://vkontakte.ru/event12698422
Группа во вконтакте: http://vkontakte.ru/club11619544

Источник: http://www.avtonom.org/index.php?nid=2782

Поделиться

Пушкин и "Центр "Э"

+1
0
-1

Творческая группа Tango Libertario снова в эфире! Мы выпустили ролик в поддержку кампании за упразднение центров "Э" (отделов по борьбе с экстремизмом) - http://www.extremizma.net. Мы считаем, что Пушкин однозначно был экстремистом и если бы он жил сейчас, его бы непременно запретили.

Поделиться

Улицы против "Э"

+1
0
-1

Итак, тюменская уличная вечеринка против центров "Э" (в их же день рожденья) успешно состоялась. И это действительно получилась вечеринка, а не стандартный митинг. Действо, происходившее в самом центре города - на площади около памятника Ленину - было ярким и запоминающимся и собрало около шестидесяти (по другим оценкам - до ста) человек.

Впервые за последние несколько лет тюменские оппозиционные движения объединили свои усилия: праздник организовывали анархисты, коммунисты, правозащитники, и другие активисты. Помогли участием зоозащитники. Факт объединения в борьбе против общей проблемы был позитивен, но, конечно, добавил бардака. Общая неразбериха задержала начало вечеринки до 18:20, когда уже окончательно стемнело. Но это не стало помехой для организаторов: разгон темноты входил в их планы.
Перед самым началом к собравшимся подошёл милиционер в высокой фуражке и попросил пятерых организаторов расписаться в документе о том, что они ознакомлены с предупреждением о необходимости соблюдать законность. Пятеро сочли, что они и так достаточно осведомлены о такой необходимости и подписывать ничего не стали, а фуражка не настаивала.
Всё началось с тревожной музыки и активиста, который в одиночестве ходил по площади, включив налобный фонарик, и говорил о том, что Землю накрыла тьма, которую нужно разогнать. В конце концов он нашёл двух парней, которые встали в центре с горящими фаерами. Это и дало старт вечеринке.
Кроме баннеров с названиями участвовавших организаций ("Автономное Действие", "Левый Фронт", "За права человека", "РКРП"), прохожие могли видеть большой транспарант с цветной надписью "Свободу не дают, свободу берут!". Той самой надписью, которую новороссийские "эксперты" признали ужасным экстремизмом, а участники кампании "экстремизма.нет" считают прописной истиной.

Речи о проблеме деятельности центров "Э" и репрессиях, которые они чинят, перемежались перформансами. В театрализованной форме было показано, кого центры "Э" часто считают своими "клиентами":

- Я борюсь за права обманутых дольщиков.
- Экстремист и экстремистам потворствуешь! В мешок!
- Я читаю Маркса.
- Экстремистская литература! В мешок!
- Я не ем мяса и спасаю от гибели животных.
- Экстремист, хочешь подорвать экономику страны! В мешок!
- Я выступаю против комендантского часа для подростков.
- Не доверяешь государству, думаешь, лучше знаешь, что хорошо для подрастающего поколения? Хочешь вырастить преступника, экстремист?! В мешок!
- Я слушаю панк-рок!
- Это очень подозрительная и экстремистская музыка! В мешок!

Так в мешках оказались все "экстремисты" (а на самом деле - обыкновенные думающие люди). Погасли фонарики. В наступившей тьме двое выступающих рассказали о репрессиях тюменского УБОПа и центра "Э" против тюменских же анархистов и молодых коммунистов. А после этого на сцену вышла девушка, которая задала присутствующим простой вопрос: "Так может быть, экстремисты - это не те, кто в мешках лежат, а те, кто на всех подряд эти самые мешки надевает?".Публика согласилась и посредством прямого коллективного действия мешки перекочевали на головы активистов, исполнявших роли "борцов с экстремизмом".
Затем присутствовавший правозащитник рассказал о связи темы митинга с днём памяти жертв политических репрессий, который тоже отмечался сегодня. Он призвал собравшихся активнее бороться за свою свободу и не отдавать её никаким государствам.

Участники вечеринки потребовали четырёх вещей:
1) Закрыть и расформировать центры «Э» как коррумпированные, общественно опасные структуры, нарушающие гражданские права и представляющие угрозу для здоровья, интересов и личной безопасности жителей России.
2) Удалить из законодательства понятие «экстремизм» как юридически бессмысленное и создающее властям благодатные условия для борьбы с любыми проявлениями инакомыслия. Мы требуем отменить федеральный закон №114 «О противодействии экстремистской деятельности», поскольку именно он вводит крайне широкое понятие «экстремизма».
3) Прекратить все возбуждённые дела против социальных и политических активистов по так называемым «экстремистским» статьям и снять с них все санкции и судимости.
Соблюдать права на свободу слова, собраний, печати и критики в адрес властей.
4) Сделать общественные советы при ГУВД выборными и компетентными в деле контроля за деятельностью правоохранительных органов. Общественные советы, сформированные из представителей политических партий и общественно-политических движений, должны стать препятствием на пути превращения правоохранительных органов в репрессивные.

Как и на любой порядочной деньрожденной вечеринке, не обошлось без подарков. Специально для "антиэкстремистов", которые доблестно охраняют нас от нас самих, участники подготовили праздничный торт. Вот такой:

В поздравительной речи, кроме прочего, организаторы пожелали центру "Э" до конца следовать своим же законам и не разжигать ненависть к социальной группе "экстремисты".
Впрочем, сотрудники "Э" от подарка уклонились, так что собравшиеся решили преподнести им торт чуть позже, прямо в офис.
Завершилась вечеринка весёлой либертарной дискотекой под музыку Gogol Bordello и Keny Arkana и огненным шоу театра "Факира". Организаторы street-party выражают искреннюю надежду, что центр по противодействию экстремизму не зачислит теперь и фаерщиков в число своих "клиентов".
На протяжении всей вечеринки посетителей бесплатно кормили блинами со сметаной и вареньем в рамках инициативы Food Not Bombs. Всё-таки, "экстремисты" - люди не злобные и даже в чём-то добрые.

Формат street-party позволил сломать стереотип "обычного скучного митинга" и привлечь некоторое количество прохожих, которые охотно останавливались посмотреть на перформанс, фаерщиков или съесть блинов. При этом они, конечно, слушали речи и читали листовки, что, возможно, заставит их задуматься о мире и своём месте в нём. Кроме того, вечеринка привлекла немалое внимание СМИ. Так что организаторы считают акцию удавшейся.

P.S. Когда один из анархистов шёл после вечеринки домой, ему посчастливилось задушевно пообщаться с ППСником. Он изливал анархисту душу: рассказывал, какая у него сложная работа, как ему трудно. Говорил, что всё корумпировано, и честный мент не может жить нормально. Говорил, что частично согласен с митингующими, но начальство запрещает ему быть политически активным... А потом анархист сел в автобус, а ППСник пошёл дальше. Возможно, задумается и он.

Поделиться

Видео соц.опроса "Что такое экстремизм?"

+1
+3
-1

Студенты Тюмени провели соц.опрос на улицах города. Задавали гражданам вопрос: что такое экстремизм? Ну да не будем распространяться - просто оцените.

Поделиться

Тюменскому центру «Э» поднесли торт

+1
0
-1

31 октября тюменскому центру «Э» был преподнесен-таки праздничный торт к дню рождения, который не удалось вручить на состоявшейся накануне уличной вечеринке «Экстремизма нет». Ибо сотрудники центра тогда попрятались и на призыв взять торт не откликнулись.

Впрочем, 31 октября они попрятались тоже: двери здания УБОП на ул. 30 лет Победы, 6, где обретается центр «Э», оказались закрытым. В холле горел свет, но ни одной живой души сквозь окна различить не удалось. То ли в субботу им в лом бороться с экстремизмом, то ли бухали где-нибудь по поводу годовщины образования центров «Э», оставив город на произвол судьбы, на откуп ваххабитам, Аль-Каиде, Ку-клукс-клану, Ирландской республиканской армии и агентам иностранных разведок.

Следы жизни удалось найти лишь в сторожке, охраняющей въезд во двор здания — там маячила пара ментов-охранников, ответственных за открытие ворот. Когда у них поинтересовались, нельзя ли позвать кого-нибудь из центра по противодействию экстремизму, дабы вручить торт, охранники заявили, что никого в центре нет, и посоветовали валить подобру-поздорову.

Один охранник не поленился оторвать свою задницу от кресла, вышел наружу и принялся привычно распускать руки и хамить, но, когда все это начали снимать на камеру телефона, наложил в штаны и заткнулся: наша доблестная милиция не особо любит гласности.

За неимением иного выхода торт был торжественно водружен под окно здания УБОП, рядом со входом. Дальнейшая судьба его неизвестна. Торт был настоящим, не отравленным, из бисквитного теста, пропитан вареньем и украшен съедобными муляжами отрезанных пальцев и буквой «Э», также съедобной.

Надеемся, что первый день рождения центров «Э» будет одновременно и последним, что их расформируют ко всем чертям, и в следующий раз не придется разоряться на торт.

Поделиться

Центр "Э" нарывается на поздравления

+1
0
-1

В Уфе в период с 29 по 31 октября 2009 г. фактически все активисты оппозиционных молодежных общественных организаций были выцеплены для допросов в центр по борьбе с экстремизмом. Кого- то вытаскивали из дома, кого-то прямо с рабочего места. В центре «Э» побывали члены Комсомола «Молодая Башкирия», Автономного действия, Левого Фронта, музыканты группы «Черный передел», эксперты организации «За права человека и гражданина в РБ» независимые журналисты.
Циклом допросов Центр «Э» решил отметить свою годовщину. «Скажи где ты и мы засунем тебе повестку в зубы» — заявил один из сотрудников центра «Э». по фамилии Насретдинов одному из активистов оппозиции.

Интересовало «правоохранителей» – планы действий оппозиционеров на ближайшее время, количественный и поименный состав молодежных организаций, структура организаций. Чекисты применяли обычную тактику: указывали активистам на проблемы с учебой, работой и бизнесом, на проблемы со здоровьем ближайших родственников, которые они «всесильные» способны организовать. Инкриминировались комсомольцам, анархистам и журналистам страшные преступления: публичные мероприятия в защиту льготного проезда для пенсионеров, пикеты за освобождение журналиста Айрата Дильмухаметова, акции против произвола правоохранительных органов РБ, против неправомерных действии самого центра «Э». На что каждый оппозиционер заявлял что все публичные мероприятия проходили в строгом соответствии с федеральным законодательством, не нарушали ничьих прав не смотря на политические преследования и провокации со стороны Правительства РБ, и местного МВД.

Активиста Автономного Действия Уфа сотрудники центра Э пытались склонить к сотрудничеству. Также, кроме выше изложенного, спрашивали о Дне единых действий против «антиэкстремистов» и вынудили активиста подписать объяснительную о том, что в Уфе акция протеста проводиться не будет. Ими было заявлено, что из Москвы идет негативная информация об Автономном Действии.

"Говорили о том, что с нашей стороны все должно быть прозрачно. Автономное Действие Уфа уже не раз заявляло, что нам скрывать нечего, но чтобы отношения были прозрачны с обеих сторон, после каждой такой «беседы» мы будем выкладывать отчет в открытый доступ.
Ну что же правоохранители: льготы на проезд пенсионерам правительство РБ вынуждено было вернуть, Айрат Дильмухаметов на свободе, дело осталось за малым - закрыть центр «Э», мы будем добиваться расформирования данного подразделения МВД, ну и конечно поздравим наших «кураторов» с их праздничком"
— заявил один из допрошенных.
http://www.extremizma.net/blog/news/933.html

Поделиться

Полицейские репрессии против активистов движения «Автономное Действие - Ижевск»

+1
0
-1

В Ижевске правоохранительные органы в лице сотрудников центра по противодействию экстремизму при МВД Удмуртской Республики («ЦПЭ», ранее — УБОП) сфальсифицировали уголовное дело против участников движения «Автономное Действие». По словам Галины Шутовой, пока проходящей по этому делу в качестве свидетеля, органы хотят сделать из нее террористку: «Сотрудник ЦПЭ Артем Ахметзянов прямо сказал мне, что хочет и сделает всё для того, чтобы я села».

Уголовное дело возбуждено по ст. 207 УК РФ («заведомо ложное сообщение об акте терроризма»). На данный момент в качестве свидетелей по делу проходит три человека: Галина Шутова, Антон Соболев и Кирилл Шумихин. Сотрудники милиции считают, что эти молодые люди и девушка 4 ноября 2009 года около 12.20 позвонили в МВД Удмуртской Республики и сообщили «о минировании Медицинского колледжа участниками Русского марша», причем Галина при этом была «организатором звонка». У всех проходящих по делу на момент совершения преступления есть алиби: по версии следствия звонок был совершен с уличного стационарного телефона, расположенного вблизи кафе «Турист» (ул. Коммунаров, 291), но в момент звонка молодые люди и девушка находились в центре города, на расстоянии более чем 2 км от кафе «Турист». По словам активистов, примерно в тот момент, когда был якобы совершен звонок о минировании, всё трое были остановлены в центре Ижевска группой милиционеров, подвергнуты незаконной видеозаписи и обыску с их стороны. Среди тех, кто их задерживал и обыскивал, они узнали Артема Ахметзянова – оперативного сотрудника центра по борьбе с экстремизмом.

6 ноября примерно в 8 часов утра оперативные сотрудники ЦПЭ Ахметзянов Артем и Полчередников Константин незаконно задержали и вывели из квартиры Кирилла Шумихина — на глазах у растерянной матери, не предъявив никаких документов – ни своих документов, ни повестки. (Напомним, незаконное задержание наказывается по ст.301 УК РФ — до двух лет лишения свободы). Молодого человека доставили в отдел №2 при УВД г. Ижевска (бывший РОВД Октябрьского района), где на протяжении 9 часов подвергали допросу, оскорбляя и запугивая. Повестка о вызове Кирилла на допрос была составлена постфактум — во время допроса.

Утром в этот же день родители Галины Шутовой были разбужены ударами ног во входную дверь квартиры: пытаясь узнать, где находится Галина, сотрудники милиции ломились в квартиру, пинали дверь. Галины дома не оказалось, вместе с Антоном в это время они были у своих знакомых в гостях. Чуть позже, по словам Галины, ей позвонил сотрудник милиции, который отказался представиться, сказал лишь, что он «оперуполномоченный». Аноним требовал, чтобы Галина явилась на допрос, не уточняя по какому делу и в качестве кого. Когда девушка сказала, что без повестки она никуда не пойдет, аноним пообещал сейчас же прислать повестку. Так как Галина вместе с Антоном находились у друзей, она договорилась с анонимом о встрече на улице. Буквально через 10 минут к месту встречи подъехал Ахметзянов, в машине девушке дали повестку, на которой не был указан номер дела и в качестве кого она будет допрашиваться. На повестке небрежным почерком стояла лишь фамилия некого лейтенанта Хузяхметова, который должен был проводить допрос.

Около 9 часов утра Галина и Антон были доставлены в отдел №2 при УВД г. Ижевска. Как только ребят привезли в отделение, выяснилось, что их вызвали на допрос в качестве свидетелей по делу о телефонном звонке в МВД Удмуртии о минировании Медицинского колледжа, который якобы был заминирован 4 ноября.

Обоим было предложено пройти тест на детекторе лжи. Галина отказалась и заявила, что хочет позвонить знакомым правозащитникам, найти себе адвоката. Около получаса сотрудники ЦПЭ не давали ей возможности позвонить — мобильный телефон изъяли еще в машине. По словам Галины, её «подвергали психологическому давлению», в грубой форме, матом оскорбляли сотрудники ЦПЭ – Артём Ахметзянов и другие. Они кричали «А чего тебе бояться, если ты не звонила?», «Докажи, что не боишься», обвиняли девушку, что она «мешает им работать». Недобросовестные сотрудники ЦПЭ пытались заставить Галину написать объяснительную, что она «тянет время», при этом ее фотографировали и снимали отпечатки пальцев, никак это не документируя. На Галину оказывали давление, пытаясь заставить отказаться от поисков адвоката. В результате, девушка согласилась пройти тест на детекторе лжи. Вопросы, приготовленные заранее сотрудниками ЦПЭ, были сформулированы неясно, некорректно, не имели прямого отношения к делу.

После того, как девушке вернули её мобильный телефон, она позвонила правозащитникам из Прикамского правозащитного центра. Примерно через полчаса к отделу №2 приехали три правозащитника, но сотрудники милиции в течение нескольких часов отказывались пустить их в здание, где проходил допрос. Лишь после приезда адвоката Рустема Валлиулина ситуация несколько изменилась, и сотрудники органов стали более сдержанными по отношению к Галине. В общей сложности девушку допрашивали более 8 часов.

Еще одного задержанного в тоже утро — Антона Соболева — привезли в отделение вместе с Галиной и сразу увели в другой кабинет. В нарушение законодательства, его посадили в камеру, где уже сидели несколько татуированных уголовников. По словам Антона, «арестанты начали обвинять меня в нетрадиционной сексуальной ориентации и угрожать физическим насилием, затем один из них «как друг» стал советовать мне «во всем чистосердечно признаться, покаяться и накатать бумагу», иначе на зоне будет очень плохо». Моральное воздействие с помощью других заключенных — традиционная провокация, к которой прибегают органы, чтобы напугать свидетеля и добиться от него необходимых органам показаний. Затем Антон прошел тест на детекторе лжи и был допрошен с предложениями «дружбы и сотрудничества» от сотрудников ЦПЭ. При этом они – посадившие в одну камеру с уголовниками – вдруг проявили трогательную заботу и участие в личной жизни Антона, предлагая ему «поменять девушку», так как именно Галина «затягивает» его куда-то не туда.

Молодому человеку была продемонстрирована видеозапись, сделанная рядом с таксофоном, с которого якобы звонили по поводу минирования училища. По словам Антона, «на записи присутствует высокий молодой человек и девушка: этот молодой парень гораздо выше меня, а девушка одета в куртку, Галина же в этот день была в длинном пальто». Антон считает, что эта видеозапись прямым образом свидетельствует о не причастности задержанных к «мифическому» звонку. В общей сложности Антон провел в отделении милиции около 9 часов.

7 ноября в отделе №2 с 11.30 до 13.00 проходил допрос Галины в качестве свидетеля с участием ее адвоката Рустема Валлиулина, представляющего «Прикамский правозащитный центр». Во время допроса девушке были вручены результаты теста на детекторе лжи, согласно которым она якобы является «организатором звонка». По мнению адвоката Валлиулина, это грубейшая провокация со стороны органов: «Этот тест на детекторе лжи не является какой-либо уликой или доказательством против моей подзащитной, поскольку вопросы теста были сформулированы так, чтобы заранее запутать Галину, они были не связаны с сутью дела, полагаю, что подобные доказательства будут отметены».

Галина была шокирована происходящим: «Никогда не ожидаешь, что именно с тобой это случится, что именно тебя милиция выберет, чтобы слепить уголовное дело. Я просто поражена происходящим, я шокирована наглостью, грубостью сотрудников центра по противодействию экстремизму: Артема Ахметзянова, Константина Полчередникова и других».

По мнению антифашистов и участников движения «Автономного Действия», это уголовное дело — очередное звено в кампании репрессий против активистов антифашистского и анархистского движения Ижевска. С начала 2008 года на них обрушилась волна репрессий: за это время около ста человек были подвергнуты незаконному задержанию по различным поводам, возбуждено шесть сфальсифицированных уголовных дел, четыре из них были закрыты спустя некоторое время из-за отсутствия состава преступления.

При расследовании этих дел сотрудники центра по противодействию экстремизму при МВД Удмуртии неизменно применяли противозаконные действия. Свидетелей и подозреваемых подвергали физическому и моральному давлению, в ряде случаев сотрудники милиции пытали и запугивали активистов. По подавляющему большинству этих уголовных дел заявителями являются неонацисты, имевшие «проблемы с законом»: практически все они имеют уголовные статьи за тяжкие преступления (покушение на убийство, хулиганство, нанесение побоев, вандализм и другие).

Мы – антифашисты и участники «Автономного Действия» требуем закрытия центра по противодействию экстремизму при МВД Удмуртии, сотрудники которого в открытую фабрикуют уголовные дела, требуем увольнения из правоохранительных органов Удмуртии сотрудников, связанных с пытками и избиениями антифашистов и активистов «Автономного Действия»: Ахметзянова Артема, Полчередникова Константина и других. (их фото http://ru.indymedia.org/newswire/display/22972/index... )

Мы просим всех проявить солидарность и не позволить карательным органам дальше запугивать нас, фальсифицировать уголовные, пытать и избивать наших товарищей в своих застенках. Публикуйте информацию о ситуации в Ижевске, звоните, пишите, отправляйте обращение (оно прикреплено внизу), факсы в Администрацию Президента и Правительства Удмуртии, МВД Удмуртии с требованием прекратить уголовное преследование невиновных людей!

Долой полицейские репрессии! Требуем закрыть ЦПЭ при МВД Удмуртии, уволить и привлечь к уголовной ответственности всех его сотрудников, виновных в избиениях, пытках и фальсификации уголовных дел!

«Автономное Действие — Ижевск»
Антифашисты г. Ижевска
http://www.extremizma.net/blog/media/953.html

Подпишите онлайн–петицию «Остановите преследование антифашистов в Ижевске» (http://www.petitiononline.com/948775/petition.html)

Подпишите и вышлите факсом, обычной или электронной почтой обращение в Администрацию Президента Удмуртии, МВД Удмуртии и др. с требование остановить репрессии против участников «Автономного Действия» - http://izhevsk.avtonom.org/2009/11/13/appeal

Поделиться

Круглый стол по противодействию экстремизму в Белгороде: отчёт о мракобесии

+1
0
-1

Взято отсюда. Найдите 10 отличий от Тюмени.
14 апреля в городе Белгороде клоунами из центра "Э" было проведено очередное мероприятие по промывке мозгов для молодежи - конференция "Круглый стол по противодействию экстремизму". Так как этот самый стол проводился в здании Белгородского Госуниверситета, в теологическом корпусе (место выбрали скорее всего не случайно: за окном виднелись купола Преображенского собора, что создавало атмосферу просветления и духовной благодати=)), конференц зал был забит студентами. Естественно пригнанными на это мракобесие на добровольно-принудительной основе, что можно было понять по скучающим и недовольным лицам молодых людей. Собственно, на этой же основе попал туда и я.

Итак, сама конференция проходила стандартно. Докладчики сидели за своими столами и поочередно выходили на трибуны и пугали всех присутствующих ужасным экстремизмом, который угрожает нашей с вами размеренной жизни. Выступающих было около 10 человек: начальник центра "Э" (Генадий Иванович Хохлов), представитель пресс-службы белгородского ФСБ, всякие тетушки из различных общественных структур (начальник главного управления молодежной политики, библиотекари и т.д. и т.п.),социологи.

Стартовало мероприятие с небольшого документального "фильма", подготовленного эшниками. 10-минутный трэш украсили ролики из архивов Тесака, нацболов и футбольных фанатов. Бред, который вещался с большого экрана, был стандартный: скинхеды это неонацисты, готы жрут людей, а эмобои - агенты Моссада. Досталось даже невинным поклонникам йоги. Хотя, как заверяли в фильме, йога это сектантство. И вообще: "...если мы не уделим должного внимания нашей молодежи, то через некоторое время они все выйдут на баррикады против своего народа, против своего государства, отстаивая чужеродные, лживые и навязанные идеи, являясь пешками в чужих руках..." (цитата из фильма). Собственно, комментарии, я думаю, излишни. После просмотра такого шедевра начинаешь сомневаться в психическом состоянии здоровья создателей "фильма" (а создатели сами понимаете кто).

Но на фильме все не закончилось. Настало время докладчиков.

Первым взял слово, естественно, начальник центра по борьбе с экстремизмом - Геннадий Иванович Хохлов. Нахваливая работу своего отдела психов, он поведал о том как удачно были предотвращены беспорядки в Белгороде 15 декабря 2010 года. Удачно настолько, что в УВД оказались молодые люди, не придерживающиеся правых взглядов, а нацисты, прикрывающиеся масками футбольных фанатов, провели свою акцию и растворились на улицах города (не забыв предварительно вызвать господ полицейских, ведь где-то во дворах их ожидала группа из 20 антифашистов, "главных нарушителей общественного спокойствия"). Но, естественно, настолько углубляться в детали товарищ из центра Э не стал. Далее он поднял ещё одну "очень важную" тему для региона: массовое принятия ислама русскими девушками на Белгородчине. Всё это пованивало просто какой-то религиозной нетерпимостью: подобные "важные темы" можно проследить практически у всех националистических организаций, особенно православного толка.

Вывод из его речи можно упростить до: всех посадим, всех достанем. Всё как надо.

Остальные ораторы не отличались оригинальностью: молодежь надо брать под контроль, государство у нас с вами прекрасное, молодежный экстремизм это не естественная реакция на действия государства, а навязанное из-за бугра "незнамо чё". Интернет ограничить. Преподавателям в школах выдать памятки по молодежным субкультурам. Все это сопровождалось цитатами священников, которые, конечно же , подскажут нам, как надо праведно жить. Закончилось всё приходом какого то священника (имя, правда, забыл, да и не важно его имя) и молитвами. К этому времени большая часть зала опустела.

Какой можно подвести итог? Все эти конференции, столы и прочее - никому не нужная клоунада. Стараясь оправдать свою фашистскую сущность, правительство пытается просто разом избавиться от всех инакомыслящих и просто не похожих друг на друга людей, выдавая инакомыслие за экстремизм. Стоит подметить что никто из докладчиков так толком и не объяснил присутствующим, что же такое экстремизм. Приводились какие то размытые определения, но ничего существенного по теме сказано не было. Под экстремиста сегодня можно подписать любого здравомыслящего человека. И пока власти запудривают своему народу мозги, баррикады вырисовываются всё ярче. И выдать обоснованный бунт за "ложные навязанные идеи" уже никак не выйдет.

Поделиться

Верховный суд ограничил экстремизм

+1
0
-1

Критика чиновников, представителей политических организаций и религиозных объединений не может считаться разжиганием ненависти и вражды. Это должны учитывать российские судьи, рассматривающие дела об экстремизме. Соответствующие разъяснения дал сегодня Верховный суд России, обнародовавший постановление о судебной практике по уголовным делам о преступлениях экстремистской направленности.

Верховный суд России обобщил практику по делам, связанным с экстремизмом и разъяснил, как следует обходиться с обвиняемыми в данных преступлениях.

Наиболее заметные положения нового постановления Пленума Верховного суда связаны с рекомендациями о том, как следует расценивать критику в адрес политиков и представителей религиозных и общественных организаций, в каких случаях считать граждан руководителями экстремистского сообщества, а в каких исключать экстремистские мотивы.

Это, пожалуй, одно из самых ожидаемых постановлений пленума, которое, как отмечают правозащитники, было нужно "еще вчера". По данным общественных организаций от неправомерного антиэкстремизма в последние несколько лет пострадали сотни граждан. Говорит эксперт информационно-аналитического центра СОВА Мария Розальская:

– Уголовные и административные дела возбуждаются, например, за критику власти, за участие в неких политических или религиозных группах – как запрещенных по закону, так и нет. Страдают конкретные люди, иногда вообще не связанные ни с какой политической деятельностью либо с религиозными меньшинствами. Например, работники библиотек оказываются между двух огней –федеральным законом об экстремистской деятельности и библиотечным законодательством. Они не могут выполнять сразу оба закона, потому что те вступают в прямое противоречие друг с другом, и страдают из-за этого.

Если говорить об организациях, то, пожалуй, самое массированное наступление идет на мусульманские организации: их запрещают на никому не известных основаниях. Среди политических организаций самая массовая атака идет на Национал-большевистскую партию, запрещенную много лет назад. Мы считаем, что это решение было основано на судебной ошибке, – но на основании этого решения уже много лет идет уголовное преследование конкретных людей... Не говоря о том, что любые оппозиционные СМИ – и даже не оппозиционные – могут столкнуться с правоприменительной практикой антиэкстремистского законодательства. Никто не застрахован, – убеждена Мария Розальская.

Собственно на статистику обращали внимание и участники пленума ВС при подготовке постановления по делам об экстремизме. Со 130 таких преступлений, зарегистрированных в 2004 году, к 2011 году их количество выросло до 656. Так, например, за публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности в 2008 году были осуждены только пять человек, а в 2010 - уже 23. А возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства в 2009 году легло в основу приговора 65 гражданам, а в прошлом году - уже 161 человеку.

Теперь Верховный суд разъяснил, что преступления, совершенные по мотивам политической, идеологической, национальной или религиозной ненависти или вражды, следует четко отделять от преступлений, совершенных на почве личных неприязненных отношений. И если, например, между двумя соседями разных национальностей существовал застаревший конфликт из-за парковочного места во дворе, то не стоит обвинять одного из них в экстремизме в случае драки между ними.

Кроме того, Верховный суд разъяснил, что следует понимать под действиями, направленными на возбуждение ненависти либо вражды. Пленум при этом отметил, что критика политических организаций, идеологических и религиозных объединений, национальных или религиозных обычаев сама по себе не может рассматриваться как действие, направленное на возбуждение ненависти и ли вражды.

По мнению адвоката Сергея Беляка, накануне большой предвыборной кампании в России подобные разъяснения Верховного суда особенно актуальны:

– Год предвыборный, избирательная кампания на носу. Критики будет в адрес властей очень много. У некоторых людей во властных структурах будет большое желание усмирить оппозицию. Поэтому рассмотрение этого вопроса важное и своевременное. Другое дело, что все-таки, на мой взгляд, Верховный суд принял какое-то половинчатое решение. Пленум мог бы рассмотреть и ряд других вопросов – может быть, более подробно остановиться на судебной практике. Наверное, все-таки надо было решить вопрос с так называемыми "социальными группами", или хотя бы объяснить точку зрения судейского сообщества, а не отфутболивать эту проблему к законодателям, – полагает Сергей Беляк.

Участники Пленума ВС отметили: политические деятели по умолчанию соглашаются на то, чтобы становиться объектами критики со стороны граждан и средств массовой информации. При этом в постановлении указано: "критика в средствах массовой информации должностных лиц (профессиональных политиков), их действий и убеждений сама по себе не должна рассматриваться во всех случаях, как действие, направленное на унижение достоинства человека или группы лиц", – поскольку здесь пределы критики шире, чем в отношении обычных граждан. Также подчеркивается, что Конституция РФ гарантирует свободу мысли и слова. Следовательно, возбуждением ненависти либо вражды, а равно унижением человеческого достоинства, не может считаться "высказывание суждений и умозаключений, использующих факты межнациональных, межконфессиональных или иных социальных отношений в научных или политических дискуссиях и текстах".

Следует отметить, что не так давно депутаты Государственной Думы от ЛДПР поставили под сомнение справедливость положений закона "О противодействии экстремистской деятельности". Они считают, что закон как таковой содержит формулировки, "позволяющие трактовать их весьма расширительно". Законопроект, предлагающий аннулировать закон об экстремизме, уже внесен в Государственную Думу РФ.

Марьяна Торочешникова
http://www.svobodanews.ru/content/article/24249262.html

Поделиться

В издательстве "Гилея" вышла книга о борьбе с экстремизмом

+1
0
-1

Полиция мыслейВ издательстве "Гилея" вышла новая книга серии "Час Ч" под названием «Полиция мыслей: власть, эксперты и борьба с экстремизмом в современной России». В книге 11 глав, одна из которых полностью посвящена делу Андрея Кутузова. Презентация и обсуждение книги состоится 8 июля в 19 часов в книжном магазине «Гилея» (Москва).

Что такое «экстремизм» и действительно ли именно он более всего угрожает современной России, вследствие чего когда численность почти всех структур МВД сокращается, именно управление «Э» получает сотни новых сотрудников? Какова роль социологов, психологов, культурологов, искусствоведов и других представителей гуманитарной интеллигенции, привлекаемых властью для профессионального (или пропагандистского?) обеспечения «антиэкстремистской» кампании? Как возник и невиданными темпами пополняется федеральный список того, что ни в коем случае нельзя читать, смотреть и слушать?

Все эти вопросы в «Гилее» и обсудят поэт («экстремист»?) Всеволод Емелин, признанный судом разжигателем межконфессиональной розни искусствовед Андрей Ерофеев, дважды судимый основатель музея и центра имени А. Д. Сахарова Юрий Самодуров, редактор когда-то «экстремистского» (просто слова еще такого в ходу не было) информационного бюллетеня «День за днем – хроника антивоенного движения в СССР», а ныне – сайта «Контуры» Николай Храмов, основатель интернет-газеты «Сопротивление» и бюллетеня «Радикальная политика», осужденный за «публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности» Борис Стомахин, политолог и правозащитник Александр Верховский, а также авторы новой книги – Алек Д. Эпштейн (по скайпу) и Олег Васильев. Вступительное слово произнесет руководитель издательства «Гилея», автор книги «Коммуникационная теория безвластия» Сергей Кудрявцев.

Оглавление книги

Глава I. Проект «борьба с экстремизмом» и его участники: Власть, интеллектуалы и экспертное сообщество

Глава II. «Хватит Путина!» — Год тюрьмы. Дело Алексея Никифорова, Екатеринбург

Глава III. «Убей в себе раба!» — Год условно. Дело Николая Авдюшенкова, Москва

Глава IV. «Не хочешь жить в фашистском государстве»? — Плати 200 тысяч. Дело Михаила Деева, Орел

Глава V. «Категорию “другие” составляют люди, занимающие ответственные посты в структурах власти». Дело Ирека Муртазина, Казань

Глава VI. «Свободу нельзя просто “брать”». Дело Новороссийского комитета по правам человека

Глава VII. «Состоят на учете как лица, склонные к экстремизму». Дело Андрея Кутузова, Тюмень

Глава VIII. «Условный рефлекс, вызванный картинкой, может навсегда превратить человека в зоофила». Дела выставок «Осторожно, религия» и «Запретное искусство»

Глава IX. «Законодательство позволяет изымать литературу». Госнаркоконтроль и сожжённые книги «Ультра.Культуры»

Глава X. Литература как экстремизм: Список Минюста РФ, его задачи и возможности их решения

Глава XI. Выводы и рекомендации

http://gileia.org/the-news/370-policiya-misley

Поделиться

Полиция мыслей

+1
0
-1

Олег Васильев и Алек Эпштейн: "Экстремизм — понятие совершенно абсурдное"

Математик Олег Васильев и социолог Алек Эпштейн написали книгу "Полиция мыслей", в которой подробно разбирается понятие "экстремизм" и роль экспертного сообщества, привлекаемого властью для обеспечения антиэкстремистской кампании. О том, нужно ли судить людей за слова и кого преследуют по 282-й статье, они рассказали Каспарову.Ru.

— Что побудило вас написать об экстремизме?

О. В.: В книге разбирается ряд наиболее абсурдных со всех точек зрения дел и кампаний, связанных с преследованием по статьям 282 ("Возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства") и 280 ("Публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности") Уголовного кодекса и по статье 6.13 о пропаганде наркотиков КоАП. Рассматриваются главным образом дела против нацболов, либеральных и левых активистов, художников.

А. Э.: При этом хотелось, во-первых, как это ни парадоксально, вступиться за честь российской науки. Эта книга не только о взаимоотношениях власти и оппозиционного гражданского общества, не менее важным мотивом является "предательство интеллектуалов" — чудовищные с точки зрения здравого смысла, ценностей прогресса и свободы "экспертные" заключения, которыми власти прикрывают свои идеологические репрессивные кампании. Хотелось, чтобы мои коллеги — социологи, культурологи, психологи, лингвисты — посмотрелись в зеркало и ужаснулись…

Во-вторых, это книга о так называемой медведевской оттепели, которая запомнится не только приговором по второму делу "ЮКОСа", но и судебными преследованиями активистов тех или иных общественных организаций за то, что они "не хотят жить в фашистском государстве" и скандируют: "Долой самодержавие и престолонаследие".

В книге одиннадцать глав, в которых описываются и анализируются дела, рассматривавшиеся в судах Москвы и Екатеринбурга, Казани и Орла, Тюмени и Новороссийска… Это не какие-то отдельные "перегибы на местах", это кампания всероссийского масштаба, целью которой является фактическая делегитимация всех тех, кто не видит себя в "Объединенном народном фронте коммунистов и беспартийных" нынешнего образца вне зависимости от того, какие идеи и идеалы эти люди отстаивают.

О. В.: Книга писалась довольно долго, около полутора лет. А события, подтолкнувшие к ее написанию, произошли еще раньше. Так, в свое время на меня произвели глубокое впечатление дело Бориса Стомахина и борьба властей с издательством "Ультра.Культура". Более того, эти дела, среди прочего, привели меня в оппозиционную среду.

— Что именно в этих процессах вас задело?

О. В.: Я почувствовало (будучи агендером, то есть человеком, не ощущающим ни мужской, ни женской гендерной идентичности, Олег говорит/пишет о себе в среднем роде — прим. П. Н.) наступление на мое собственное культурное пространство. Эта борьба с культурным многообразием для меня была неприятна. Властью фактически конструировалась и продолжает конструироваться ситуация невозможности открытого существования каких-либо контркультурных проектов, существенного урезания поля возможного в культуре. Скажем, финалом кампании против "Ультра.Культуры", закончившейся лишь со смертью ее владельца Ильи Кормильцева, стало закрытие издательства и, по-видимому, введение скрытой цензуры в крупнейших издательствах страны. Это одна из причин.

Кроме того, в течение долгого времени я вело в "Живом журнале" сообщество ru_art_free, посвященное преследованиям художников. Эти преследования мне казались дикими, и я занималось мониторингом происходящего.

— О чем ваша книга? Существует ли вообще "экстремизм"?

А. Э.: В политологии хорошо известно, что те, кто пишут законы о выборах, фактически пишут и все остальные законы, и эту максиму уместно вспомнить, размышляя об "экстремизме". С социологической точки зрения понятие "экстремизм" лишено всякого содержательного смысла, ибо "края" общественной полемики определяются всегда теми, кто сами от краев стоят достаточно далеко, чтобы диктовать остальным правила игры.

Стигматизация своих противников в качестве "экстремистов" нужна правящим кругам исключительно для того, чтобы развязать себе руки в борьбе с ними, во имя сохранения своего ультимативно правящего положения. Поэтому это книга не об экстремизме. Это книга о том, как правящий режим чем дальше, тем больше превращает в "экстремистов" все большую часть мыслящего населения страны.

О. В.: Не очень понятно, есть или нет такое понятие, как "экстремизм". С точки зрения российского законодательства оно, к сожалению, есть. Но по сути это понятие совершенно абсурдное — все, что не относится к некоему мейнстриму, объявляется "экстремизмом". То есть происходит целенаправленное разрушение различных маргинальных групп, которые на самом деле являются творческой лабораторией общества. Если говорить о законодательной стороне вопроса, то аналоги этого понятия в демократических странах существуют, кроме российского законодательства, по-видимому, только в немецком, репрессивном по отношению к различным маргинальным группам.

В русскоязычной литературе понятие "экстремизм" существовало и в советское время, однако в качестве юридического термина оно появилось лишь в связи с подписанием и ратификацией Шанхайской конвенции от 15 июня 2001 года "О борьбе с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом", к которой, помимо России, присоединились лишь Китай и государства Средней Азии.

Дальше проходило определенное развитие этого понятия в законодательстве, был принят закон об экстремизме, который постоянно изменялся, появился список преступлений экстремисткой направленности. Надо сказать, что это довольно большой список. Туда входят как насильственные преступления по мотивам ненависти, так и всем известная 282-я статья, 280-я статья и ряд статей при прочтении которых становится очевидно, что лозунг (естественно, пропагандистский) "Государство — главный экстремист" имеет под собой основания.

Именно нарушение равенства прав и свобод человека и гражданина (статья 136 УК РФ), в том числе дискриминация по принадлежности к социальной группе или общественной организации, воспрепятствование осуществлению избирательных прав или работе избирательных комиссий (статья 141), воспрепятствование осуществлению права на свободу совести и вероисповедания (статья 148), воспрепятствование проведению собрания, митинга, демонстрации, шествия, пикетирования или участию в них (статья 149) согласно российскому законодательству являются преступлениями экстремистской направленности. Очевидно, что подобных действий, совершаемых российскими властями, в сотни раз больше, нежели всех остальных преступлений экстремистской направленности вместе взятых.

Если говорить о сути дела и о том, как функционируют эти понятия в общественном дискурсе, становится понятно, что экстремизмом называются любые политические, культурные и религиозные проявления, которые не укладываются в мейнстрим — будь то либеральная оппозиция или независимые профсоюзы, "нетрадиционные" религии или современное искусство. В России происходит именно так. Даже если они не объявлены экстремистскими законодательно, соответствующие органы все равно ведут против них некую "работу".

Так, в "информационно-аналитических материалах по профилактике экстремизма в молодежной среде" от апреля 2011 года, подготовленных Минспорттуризмом России совместно с ФСБ и разосланных руководителям органов по делам молодежи субъектов Федерации, в главе "Экстремизм в молодежной среде" рассматривается, в частности, деятельность движений "Оборона", "Молодежное Яблоко", "Объединенный гражданский фронт", "Российские радикалы", "Вперед", "Автономное действие" и многих других, названных в целом "организациями, осуществляющими экстремистскую деятельность деструктивного характера".

— По-вашему, 282-я статья появилась как средство для преследования маргинальных групп или с благими намерениями дать отпор, например, радикальным националистам, нацистам?

О. В.: Я, во-первых, не уверено, что преследования радикальных националистов исключительно за их политические убеждения, а не за насильственные действия — благая цель, но именно для этого в Конституцию 1993 года была внесена часть 2 статьи 29. В Уголовном кодексе РСФСР имелась статья 74 "Нарушение равноправия граждан по признаку расы, национальности или отношения к религии" (так она называлась в последней его редакции, действовавшей в 1996 году), объединявшая в себе как "слова", так и дискриминацию и даже насилие соответствующего рода. Многие, наверное, помнят об известном перестроечном процессе против главы общества "Память" Константина Смирнова-Осташвили, осужденного на два года лишения свободы за скандал в Доме литераторов и умершего в колонии.

В его защиту тогда выступила Валерия Новодворская, написавшая: "Защищая Осташвили, я, конечно, защищаю не его, а демократию. Если мы передоверим советской карательной системе роль нравственного цензора, то никуда нам от советской власти не уйти". Подобный же мотив звучал и в речи Генри Резника на процессе уже против самой Валерии Новодворской в 1996 году: "Если шар пройдет в лузу, 74-я статья заместит прежнюю 70-ю, ту самую антисоветскую агитацию и пропаганду, только прилагательное "антисоветский" сменится на "антинародный". Ряд других подобных процессов против радикальных националистов проходил и позже в 1990-е, в большинстве случаев, однако, дела не доходили до суда и практически никогда не заканчивались реальным сроком.

По-видимому, первым делом по уже 282-й статье нового Уголовного кодекса, вступившего в силу в 1997 году, стало дело известного радикального художника Авдея Тер-Оганьяна. Четвертого декабря 1998 года он в рамках проекта "Юный безбожник" проводил перформанс "Поп-арт", в ходе которого предлагал всем желающим купить осквернение икон. Вскоре по "многочисленным обращениям православных граждан" (сценарий, затем много раз повторявшийся) против него было возбуждено уголовное дело по части 1 статьи 282 УК РФ. Приговор по этому делу так и не был вынесен. В 1999 году Тер-Оганьян получил политическое убежище в Чехии. Надо заметить, что этот перформанс можно было, разумеется, трактовать по-разному, в том числе и как рефлексию относительно советского воинствующего атеизма, на который явно указывает название проекта. Возбуждению дела все это, однако, совершенно не помешало.

Нужно сказать, что к преступлениям экстремистской направленности относятся заведенные не только по 282-й, но и по 239-й статье ("Создание объединения, посягающего на жизнь и здоровье граждан"), по которой еще нет большой судебной практики. Обычно под такими объединениями понимаются всякие религиозные движения. Недавний процесс над мордовской группой сатанистов "Благородный орден дьявола" был основан именно на этой статье. Скорее всего, он был сфальсифицирован. Изначально было множество обвинений, все они распались в суде. Посадили только одного человека, обвинив его в развратных действиях. Двоих, включая посаженного А. Казакова, осудили по статье 239, а саму группу внесли в список экстремистских организаций.

С 2004 года запрещались разные организации радикальных националистов. Первый процесс о запрете был против организаций церкви инглингов (одно из неоязыческих религиозных движений националистической направленности) в Омске. Обвинения были зачастую абсурдны и сходны с обвинениями против других не имеющих отношения к национализму групп, например Свидетелей Иеговы или Церкви Саентологии. Инглингам предъявили три вещи. Первое — что они считают свою религию лучше других, второе и третье — использование символики, сходной с нацистской до степени смешения, и запрет межрасовых браков для членов церкви. Но никаких фактов разжигания ненависти или вражды со стороны этой неоязыческой организации не было выявлено. Это было особо подчеркнуто в решении суда. Показательно, что в решении суда фигурировало и "оскорбление ветеранов Великой Отечественной войны" — мотив, хорошо известный читателям в связи хотя бы с кампанией против Александра Подрабинека.

— Организации инглингов запретили на основании уставных документов?

О. В.: Да, поработали по уставным документам и на этом основании их запретили.

— Процессы по 282-й статье зачастую связаны с текстом. Популярно мнение, что преследование за экстремизм — это преследование за слова.

О. В.: Бывает еще, что 282-ю статью кидают в нагрузку к реальным насильственным преступлениям. Это делают, чтобы доказать, что это преступление ненависти. Что касается текста и слов в "чистом виде", то, к счастью, по таким делам относительно редки реальные сроки. Хотя, конечно, есть примеры. Здесь нужно сказать о деле радикально-либерального антиимперского публициста и лидера Революционного контактного объединения Бориса Стомахина. Он отсидел пять лет за публикации в своей газете "Радикальная политика", в которых высказывалась поддержка различным действиям чеченского вооруженного подполья. Другой пример — это реальный срок, который дали известному антисемиту Константину Душенову, работавшему пресс-секретарем известного своими националистическими взглядами митрополита Ленинградского Иоанна Снычева (1927–1995). Константин Душенов также известен, как один из главных пропагандистов "письма пятисот", содержащего требования закрыть еврейские организации. Приговор же был связан с его фильмом "Россия с ножом в спине. Еврейский фашизм и геноцид русского народа".

Год и два месяца провел в колонии-поселении блогер, журналист, бывший пресс-секретарь президента Татарстана Ирек Муртазин за разжигание ненависти и вражды к категории "другие", к которой относились "люди, объединенные по социальному признаку, представители власти региона". Его делу посвящена одна из глав книги.

Вообще же приговоры за слова достаточно нередки. В большинстве своем они являются частью другого процесса, например о том, что человек — активист запрещенной организации, чаще всего запрещенной Национал-большевистской партии. Подобным делам посвящены три главы книги.

— Как вы считаете, для чего эти преследования нужны властям?

О. В.: Можно посмотреть список преследований за экстремистские материалы. Он начал формироваться в 2007 году. В нашей книге проанализирована структура списка. По материалам дел и судебным решениям есть две группы, которые больше всего запрещают. Первая группа — это радикальные русские националисты. Вторая — мусульмане, необязательно радикальные. В делах второй группы фигурирует много классических текстов, в том числе изданных Духовным управлением муфтиев. Далее идут всякие профсоюзные активисты, оппозиционеры, национальные меньшинства. Бывает, что статьи используют для региональных разборок. Так, например, сайт интернет-библиотеки Максима Мошкова был внесен в список экстремистских материалов из-за публикации на нем материалов череповецкого оппозиционера Виктора Дунаева.

Еще одной категорией оказываются материалы различных "нетрадиционных" религиозных организаций: Свидетелей Иеговы, саентологов, Фалуньгуна и некоторых других.

Наконец, в списке экстремистских материалов присутствуют классические тексты нацизма и фашизма, представляющие безусловную историческую ценность, а также научные монографии на соответствующие темы. Так что, с одной стороны, эти статьи нужны для преследования оппозиции, с другой — для борьбы с радикальными национализмом и исламизмом.

— Часть националистов реально опасны. Недавно Никита Тихонов был приговорен к пожизненному заключению за убийство адвоката Маркелова, были приговоры по делу "НСО-Север"...

О. В.: Тут такая история. Существует ведь достаточно много абсурдных процессов, которые разбираются в книге. В ней основной упор сделан на то, что центр "Сова" называет "неправомерным антиэкстремизмом". Даже российский МИД в ходе переговоров с Еврокомиссией признавал, что у нас слишком широкая трактовка антиэкстремистского законодательства. Дело Ирека Муртазина, дела нацболов или сфальсифицированное от начала до конца дело тюменского анархиста и филолога Андрея Кутузова абсурдны по любым меркам.

Теперь что касается радикальных националистов. Тут есть два основных подхода. Подход, связанный с восприятием свободы слова как фундаментальной ценности, характерный для США, и подход так называемой "защищающейся демократии", когда основной ценностью является сохранение демократического характера государства и ей подчинена свобода слова. Он наиболее четко отражен в Конституции Германии. Я являюсь сторонником первой поправки, а мой соавтор не вполне ее разделяет. У первой поправки имеется определенная история судебных решений, которые так или иначе касаются границ ее применимости.

Последнее такое решение относится к 1969 году. Речь идет о деле Brandenburg v. Ohio о выступлении на митинге куклуксклановцев. Там были призывы к насилию в отношении евреев, негров и "тех, кто их поддерживает", но насилию в неопределенном будущем. Тогда Верховный суд США дал формулировку, что критерием для ограничения свободы слова может быть именно imminent lawless action, то есть насилие, которое происходит быстрее, чем полицейские смогут вмешаться.

— Например…

О. В.: Ну, например, когда человек стоит на митинге и кричит: "Бей хача", который там оказался, это, безусловно, является нарушением американского законодательства. А какие-то призывы к насилию в неопределенном будущем не являются. В США существует легальная нацистская партия, которая полностью копирует символику нацистов.

Нужно сказать, что важным социальным институтом, регулирующим подобную ситуацию, является отношение общества к этому и так называемый институт политической корректности, но вопрос о том, насколько и в каких аспектах позитивна и насколько негативна работа такого социального института, отдельный и сложный, и на него у меня нет однозначного ответа.

Здесь можно вспомнить как недавнюю общественную дискуссию вокруг увольнения журналиста РИА "Новости" Николая Троицкого за гомофобный постинг в собственном "ЖЖ", так и, напротив, увольнение "по звонку" профессора РГСУ Бориса Соколова за критическую позицию в отношении действий России в российско-грузинском конфликте 2008 года.

— Что получится, если из российского законодательства убрать 282-ю статью, статью, по которой судят как художников и публицистов, так и ультраправых боевиков?

А. Э.: Мне кажется, что решение проблемы — в формировании в гражданском обществе некоей культуры толерантности и взаимоуважения. Мы все очень разные, среди нас есть представители разных национальностей, атеисты и приверженцы всевозможных конфессий, не говоря уже о различных идеологических доктринах, весь спектр которых представлен в наших головах. Нужно, чтобы в обществе существовало понимание того, что все мы разные и при этом все мы имеем право на жизнь, безопасность, свободу и человеческое достоинство, что никто не может быть лишен права на выражение своего мнения.

Православные хоругвеносцы имеют такое же право на крестные ходы, как гей-активисты и их сторонники на организацию своих "парадов гордости". Каждый имеет право быть собой, и никто не может быть этого права лишен. Уголовный кодекс не в состоянии убедить кого-либо уважать другого, уважать право Другого оставаться другим. Но именно в подобном уважении и состоит, на мой взгляд, единственный путь к снижению остроты общественных конфликтов и противостояний.

Политическая корректность и недопустимость "стилистики ненависти" (hate speech), с моей точки зрения, — важные шаги в этом направлении. Так, ЛГБТ-активисты должны уважать право православных хоругвеносцев на свои убеждения и образ жизни, а православные хоругвеносцы обязаны уважать право гомосексуалов на свой образ жизни, включая право растить детей в одногендерных союзах. Нацболы должны уважать право анархистов на свои убеждения, а анархисты — уважать права нацболов. Все мы очень разные, и мы останемся разными, и нужно прийти к пониманию того, что разномыслие, разные образы жизни — это нормально, что только так и может функционировать здоровое общество. И все разные люди имеют от рождения равные права просто в силу принадлежности к роду человеческому.

О. В.: Если отменить статью 282, люди перестанут бояться писать и говорить то, что они думают. На митингах, акциях, в своих текстах…

— А как же проблема ответственности? Никто бы не удивился, если бы один из боевиков того же "НСО-Север" заявил, что он начитался блогов и "Майн Кампф", поэтому стал убивать. Как с этим быть?

О. В.: В Уголовном кодексе есть такое понятие, как "подстрекательство к совершению преступления". Если будет установлено, что кто-то пошел на преступление под влиянием какого-либо текста, то в этом случае, наверное, можно будет ввести ответственность автора. Но это, на мой взгляд, тоже отдельный и сложный вопрос. Интересным кейсом здесь является ситуация с проектом "Большая игра. Сломай систему". Это проект онлайн-игры, в которой желающим предлагается совершать "в реале" разнообразные, в том числе насильственные, действия радикально-националистического характера и присылать соответствующие отчеты. Количество отчетов повышает уровень игрока. Серверов игры много, и тем самым конструируется сеть анонимного децентрализованного сопротивления. Как здесь быть со свободой слова, вопрос интересный.

А. Э.: С моей точки зрения, это скорее грустный вопрос, чем интересный. Подобные, с позволения сказать, игры именно что легитимизируют "культуру ненависти", формируя мироощущение, в рамках которого насилие по отношению к Другому оказывается не только допустимым, но даже социально вознаграждаемым. Я считаю существование подобных "игр" крайне прискорбным фактом и однозначно бы поддержал запрет на их изготовление и распространение.

— Правозащитники из центра "Сова", например, считают, что нужно просто грамотно применять статьи. Многие юристы уверены, что 282-ю надо максимально конкретизировать. Какова ваша позиция?

О. В.: На мой взгляд, надо ее отменить и вообще прекратить всю эту кампанию. Ввести в Россию аналог Первой поправки к Конституции США.

А. Э.: Я думаю, что Первая поправка не имеет смысла, если в обществе не сформировалась гражданская культура терпимости и взаимоуважения. Я против уголовного преследования за высказывание тех или иных мнений и мыслей, но я и категорически против предоставления общественной трибуны тем, кто использует эту трибуну для унижения человеческого достоинства национальных, этнических, конфессиональных, сексуальных или любых других меньшинств. Я считаю, что само гражданское общество должно сформировать некий этический и эстетический код, в рамках которого человек, заявляющий "Бей жидов!" или "Мочи пидоров!", окажется абсолютно нерукоподаваемым.

В обществе должно быть твердое понимание того, что любой жизненный путь человека, не сопряженный с насилием по отношению к другим людям, — легитимен, что ни у кого нет монополии на то, чтобы понимать, что угодно, а что не угодно Богу, что способствует, а что не способствует социальному прогрессу и т.д. Нам нужно уважать друг друга, не стремясь к всеобщему подчинению одним и тем же доктринам, идеям и идеалам, какими бы прекрасными они ни казались нам самим.

— А какую реакцию вы ждете на книгу?

О. В.: Сложный вопрос. Хотелось, чтобы тема борьбы с экстремизмом стала отправной точкой в обсуждении более важной в общественном дискурсе проблемы подавления интеллектуальной свободы. В книге мы также обращаем внимание на то, можно, вспоминая Хану Арендт, назвать "банальностью зла". Ведь огромную роль в этих преследованиях играют не сотрудники МВД или ФСБ, а эксперты, профессиональные гуманитарии. Они работают в специализированных учреждениях, могут быть просто сотрудниками разнообразных, обычно, но не всегда, провинциальных вузов, которые на этом зарабатывают свою небольшую денежку и штампуют заключения.

Кроме того, существуют люди, чья профессиональная пригодность вызывает большие вопросы. Эксперт Владимир Анатольевич Рыбников, который появился в деле Новороссийского комитета по правам человека, известен любовью к славяно-арийским ведам. Он пишет в своих текстах про то, как "праславянские "сидны" через медитацию могли легко попасть в энергоинформационное "поле" Абсолюта", а экспертизу основывает на знаменитой фальшивке — так называемом плане Алена Даллеса. В деле Андрея Кутузова эксперт Ольга Валерьевна Усова, защитившая диссертацию по психологии бальных танцев, а затем оказавшаяся лингвистическим экспертом, утверждала на суде, что Центр "Э" "следит за чистотой информационного поля коллективного бессознательного".

Существует очень большая группа людей, которые подписывают абсурдные и зачастую бессмысленные решения, такие как разжигание розни к группе "другие", о том, что самодержавие и престолонаследие или же рабство являются государственным строем Российской Федерации. На их деятельность нет общественной реакции.

— Книга — достаточно серьезный труд. Хотите, чтобы она попала на стол к судье, к эксперту, кому-нибудь из президентского совета по правам человека или лично на стол Медведеву? Для кого она вообще?

А. Э. и О. В.: Сложно сказать, для кого она. Это, вспоминая Ницше, "книга для всех и ни для кого". И все же было бы хорошо, если бы ее прочитали члены президентского совета по правам человека и если бы кто-то озаботился этой проблемой. В целом же книга предназначена не только и, наверное, не столько для профессиональных политиков, сколько для мыслящего сообщества, которое должно осознать существование некой угрозы интеллектуальной свободе и отрефлексировать собственную, отнюдь не всегда позитивную, роль в тех политических процессах, которые происходят в России сейчас. Эта книга подводит итог "медведевской оттепели" в политико-правозащитной сфере, и едва ли именно на это хотелось рассчитывать три с половиной года назад. Наша книга — зеркало, на которое, каким бы оно ни было, "неча пенять".

Павел Никулин
http://www.kasparov.ru/material.php?id=4E2D88662063F

Поделиться

«Эшников» без работы не оставят

+1
+1
-1

Из "Новой газеты":
В понедельник, 31 октября, исполнилось три года со дня издания приказа Рашида Нургалиева № 940, предписывавшего сформировать департамент по противодействию экстремизму российского МВД, а также его региональные структуры, ставшие широко известными как центры «Э».
Экстремизмом государство заинтересовалось в начале прошлого десятилетия. Социолог Алек Эпштейн, автор книги «Полиция мыслей. Власть, эксперты и борьба с экстремизмом в современной России», нашел в библиотеке МГУ только три книги, изданные в России до 2001 года, в названии которых присутствовало пресловутое слово на букву «Э», причем одна из них — об антисоветских организациях эмигрантов до Второй мировой войны.
В 2002 году был принят Федеральный закон «О противодействии экстремистской деятельности». Он вызвал много критики со стороны правозащитников — законодательная база для наказания за совершение идеологически мотивированных преступлений существовала и раньше, а борьба с экстремизмом как таковым открывала широкие возможности для преследований инакомыслящих.

В полной мере этот механизм заработал в 2008 году с появлением центров «Э» — прямо властями об этом не говорилось, но совпадение начала экономического кризиса и создания антиэкстремистских центров вряд ли было случайным. Создавали их на базе расформированных Управлений по борьбе с организованной преступностью (УБОП). Организованная преступность, конечно, никуда не исчезла, но расформирование УБОПов к всплеску криминала не привело: видимо, к 2008 году УБОПы уже мало влияли на ситуацию в бандитском мире.

Одна из причин многочисленных скандалов, связанных с деятельностью «эшников», — их убоповское прошлое. «Они зачастую рассматривают и нацболов, и фашистов, и антифашистов, и эмо, и готов — как банды, в которых нужно выявлять лидеров и нейтрализовывать их», — говорит Павел Чиков, председатель правозащитной ассоциации «АГОРА».

С другой стороны, власти, видимо, изначально и намеревались использовать «эшников», чтобы «кошмарить» оппозиционеров. «Перед ними ставили задачу профилактики и предупреждения экстремистских преступлений, что включало постановку под контроль различных групп граждан», — рассказывает Андрей Солдатов, редактор портала «Агентура.Ру».

Тактика «кошмаривания» дала свои результаты: с одной стороны, легальные оппозиционные объединения в России в основном находятся в плачевном состоянии, с другой — взрывы, идейно мотивированные поджоги и акты физического насилия против представителей власти перестали быть уделом лишь Северного Кавказа. В этом смысле примечательно, что на начинающемся вскоре процессе «приморских партизан» обвинение собирается доказывать, что они были чисто криминальным сообществом, стараясь избежать дискуссии о причинах, побудивших группу молодых людей из приморской глубинки убивать милиционеров.

Практически нет уголовных процессов по многочисленным случаям превышения полномочий сотрудниками «Э» — центр «Сова» ежегодно фиксирует пару сотен случаев абсурдных или же явно противоправных действий антиэкстремистов. Антиэкстремистский произвол создал ситуацию тотального недоверия к власти, в том числе когда речь идет о политически мотивированных уголовных делах. Ярко это показал процесс против Никиты Тихонова и Евгении Хасис: одного вопля «Фабрикуют!» сейчас достаточно, чтобы поставить под общественное сомнение даже очевидные доказательства виновности обвиняемых по подобному делу.

В центрах «Э» числятся только оперативники, осуществляющие сбор информации и сопровождение уголовных дел. Центры «Э» — лишь элемент государственной антиэкстремистской системы. Также в ней задействована прокуратура, органы следствия, ФСБ. Известны явно сфабрикованное дело тюменского филолога Андрея Кутузова о якобы изготовленных им экстремистских листовках; крайне странное дело против отставного полковника Владимира Квачкова о подготовке вооруженного мятежа, — ими занималась ФСБ.

«Эшников» по всей России сейчас пара тысяч человек. Центры «Э» — единственная структура МВД, штат которой увеличили, а не сократили в связи с преобразованием милиции в полицию. Такое «высокое доверие» на практике может выйти обществу боком, учитывая пресловутую «палочную систему» МВД и то, что в ряде российских регионов может не быть ни радикальных группировок, готовых совершать экстремистские преступления, ни оппозиционных структур, которых можно было бы прессовать ради отчетности.

А деятельность-то нужна всё равно: уже известны случаи, когда центры «Э» впрягались в дела об обычном криминальном мошенничестве в отношении ветеранов Великой Отечественной или о подпольном производстве водки. «Явно видно, что в центрах «Э» есть оперативники, занимающиеся делом, а есть — ерундой», — говорит директор центра «Сова» Александр Верховский.

Летом 2011 года произошло два события, могущие обуздать пыл антиэкстремистов. Европейский суд по правам человека постановил, что пресловутая «антиэкстремистская база» нарушает право человека на частную жизнь, а российский Верховный суд ограничил использование понятия «социальная группа» по отношению к представителям власти. На основании этого решения уже было закрыто дело против участников арт-группы «Война» в Санкт-Петербурге, но пока еще продолжается более абсурдное дело в Барнауле: за наклеивание изображений Владимира Путина и других политиков на плакат клиники, в которой лечат венерические заболевания.

Манежка, постоянные теракты в Дагестане, «твиттерные революции» в арабских странах, продолжение экономического кризиса, намерение Владимира Путина удерживать власть и дальше — причин, по которым центры «Э» будут процветать в ближайшие годы, достаточно. В Госдуме рассматриваются законопроекты по дальнейшему ужесточению антиэкстремистского законодательства — предполагающие запретить преподавать людям, осужденным по соответствующим статьям, ввести понятие «финансирование экстремистской деятельности». Летом была образована Межведомственная комиссия по борьбе с экстремизмом. В ее состав входят все руководители силовых структур страны, они ежеквартально теперь должны собираться и обсуждать успехи своих ведомств на этой ниве.

Александр Литой
http://www.novayagazeta.ru/inquests/49247.html

Поделиться

"Экстремистские песни" Совета ректоров

+1
+5
-1

9 сентября в Медицинской академии прошёл Совет ректоров вузов Тюменской области. Да, тот самый, за два дня до которого из ТюмГУ срочно уволили Кутузова. Говорилось, что на этом Совете планируют обсудить создание специального полицейского подразделения, которое будет заниматься исключительно экстремизмом в вузах. Однако, чрезвычайно сложно найти какие-то данные о том, обсуждалось ли это в реальности и будет ли создано такое подразделение.
Тем не менее, кое-какая информация всё-таки есть. 16 сентября на университетском телеканале «Евразион» прошёл сюжет об этом самом Совете.

Вот он:

Сюжет назвали «Совет ректоров даёт рецепт, как лечить опасные социальные болезни». Давайте посмотрим, что там за рецепты и что вообще интересного сказали. Понятно, что по сюжету в несколько минут сложно судить обо всём мероприятии, но полного протокола, насколько нам известно, никто не публиковал. Если вы знаете, где его можно найти — пишите.

Итак. На Совете присутствовали представители вузов, а также полиция и священнослужители (судя по сюжету — только православные, остальных не позвали). От полиции были как люди в форме, так и в штатском. В штатском у нас ходит центр «Э», а именно — небезызвестный Виталий Штрек. Что интересно — у Штрека, похоже, карьерный рост. Судя по титрам, он уже «временно исполняющий обязанности начальника Центра Э по Тюменской области». Вот так так, а куда же дели Равиля Мухамедулина, который вот уже несколько лет отдувается за всё, что творят его подчинённые? Ушёл в отставку? Уволили? В любом случае, теперь «эшками» командует Штрек.

В сюжете Штрек произносит речь, короткую, но познавательную. Выразительно играя желваками и голосом (для пущей убедительности) он сообщает примерно следующее:
Текущая ситуация с экстремизмом стабильная и прогнозируемая. Но в преддверии выборов «прогнозируется очень нехорошая, негативная ситуация».
«Общественные организации и радикальные группировки будут вовлекать студентов в какие-то акции, провокации, действия незаконные, включая незаконные митинги и провокации по бойкотированию выборов, которые уже сейчас распространяются».
При этом, по его словам, студенты часто начинают разделять взгляды «националистических каких-то радикальных структур», и большую роль в этом играет Интернет.
Ещё один интересный момент — в Тюмени в 2011 году было, оказывается, возбуждено 4 уголовных дела «по фактам призыва к экстремистской деятельности и разжиганию межнациональной розни». Трое фигурантов — студенты Нефтегаза, один школьник.

Что можно прочитать «между строк» этой пламенной речи? Опустим предварительные дежурные заверения, что всё нормально и ситуация под контролем. Это для отчётности.
А дальше странное. Штрек, человек вроде как ответственный за борьбу с экстремизмом, практически прямо говорит, что в ближайшие месяцы число «экстремистских» преступлений станет расти и вообще всё будет плохо. Казалось бы, ну твоя же сфера ответственности, прогнозируй, борись, предупреждай. Но нет — Штрек сразу всех извещает о надвигающейся угрозе. Это может означать две вещи (либо одну из них, либо обе вместе):
1) Власть действительно очень неуверенно себя чувствует перед выборами и всех чиновников и полицейских настраивает на то, что «возможны волнения и провокации».
2) Центр «Э» опять готовится к какой-то бурной деятельности по «противодействию экстремизму» и заранее создаёт нужный информационный фон. Задержат перед выборами десяток социальных активистов или кандидатов от оппозиционных партий и скажут «ну вот, мы ведь ещё в сентябре говорили, что будет рост экстремизма!»

Далее. Продолжается хитрая политика по отождествлению «национализма» и «экстремизма». В отличие от одного из прошлых заседаний Совета ректоров, Штрек больше даже не упоминает «леворадикальную оппозицию». В качестве конкретного врага называются только националисты, все остальные спрятаны в расплывчатой формулировке «радикальные группировки». Все мы понимаем, что под удар попадут не только наци, но и их противники слева, плюс вся остальная оппозиция. Но у общества-то уже сложилась ассоциация «экстремисты — это фашисты какие-то».

Между тем, если взглянуть на то, какие конкретные проблемы волнуют Штрека, то окажется, что это вовсе не «избиения нерусских» или «антисемитские призывы», как логично было бы предположить после упоминания националистов. Нет, его волнуют незаконные митинги и призывы к бойкотированию выборов. Ну, положим, «незаконные митинги» - это действительно административное правонарушение, а вот по какой статье у нас нынче наказываются «призывы к бойкотированию выборов»? До сих пор граждане полагали, что участие в выборах — это их право, а не обязанность. Но подполковник Штрек развеял это вредное заблуждение. По его мнению, призывы не ходить на выборы — это экстремизм, или, во всяком случае, что-то близкое к нему.
Отсюда следует, что «элита» наша больше всего боится не того, что люди проголосуют за какие-нибудь оппозиционные партии (из тех, кого милостиво допустили до выборов). Ужаснейший их кошмар — это что люди вообще не придут на «выборы» и тем самым подорвут основы существующих властных отношений. Поэтому центру «Э» дана команда давить тех, кто призывает к бойкоту выборов. Ну и, конечно, традиционная задача — минимизировать количество акций протеста под предлогом «борьбы с незаконными митингами».

По-прежнему большую опасность «борцы с экстремизмом» видят в Интернете: это единственный неподконтрольный им канал распространения информации. Пытаются контролировать, получается пока плохо, но стараются.
Интересно также, что по экстремистским статьям в 2011 году привлекались только студенты и школьники. То ли это означает, что недовольство существующей действительностью активно распространяется среди молодых, то ли — что центру «Э» проще бороться именно с неопытной молодёжью. А может, и то и другое сразу.

В нескольких кадрах видеосюжета видно, что на столе у участников совещания лежит некое распоряжение правительства Тюменской области от 31 марта 2011 г. №379-рп «Мероприятия по профилактике социально-политического экстремизма в молодежной среде долгосрочной целевой программы «Основные направления деятельности по реализации государственной политики в сферах национальных, государственно-конфессиональных и общественно-политических отношений в Тюменской области и профилактике экстремистских проявлений» на 2011-2013 гг.» Мы не смогли найти в Интернете полный текст этого распоряжения. А было бы интересно почитать. Если кто-то может помочь его отыскать — пишите нам.

Итак, что в результате? Предложил ли Совет ректоров рецепт лечения «опасных социальных болезней»? Вот что говорится об этом в сюжете:
«Необходим анализ уровня толерантности среди молодёжи и её протестного потенциала. В ближайшие месяцы планируется провести соответствующее исследование силами учёных тюменских вузов».
То есть, чтобы бороться с социальными болезнями, нужно изучить протестный потенциал молодёжи и её толерантность. К чему толерантность — непонятно. То ли имеются в виду межнациональные отношения, то ли толерантность к бесконечной лжи власть имущих, в том числе по поводу выборов. Понятно только то, что бороться опять предлагают не с причинами, а со следствиями в лице небезразличной молодёжи разных политических убеждений. А скорее всего, планируется очередная показуха.

Аналитический центр "Тачанка"

Поделиться

Запрет на преподавание для "экстремистов" принят Думой

+1
0
-1

Все знают, что сегодня, 23 марта, Госдума приняла закон об упрощении регистрации политических партий. Но за этим шумным событием никто, кажется, не заметил, что в тот же день та же самая Дума окончательно в третьем чтении приняла поправки о запрете на педагогическую работу (и вообще всякую работу с несовершеннолетними) для «экстремистов». Поправки внёс президент ещё осенью.
Теперь, если вы были осуждены по статьям 280 или 282 уголовного кодекса или даже, не дай бог, являлись подозреваемым и вас потом не реабилитировали, учить в школе или преподавать в университете вы уже не сможете. Никогда. Сроков давности эти поправки не предусматривают.

Вот текст поправок и вся сопроводительная информация - http://asozd.duma.gov.ru/main.nsf/%28Spravka%29?Open...

Канцелярия Думы не сочла нужным включать в сопроводительный пакет документов заключение членов Экспертного совета при Уполномоченном по правам человека в РФ о том, что эти поправки нужно снять с рассмотрения Думы, потому что они противоречат Конституции и другим основополагающим законам.

Теперь российские дети надёжно защищены от инакомыслия и вольнодумства. Теперь никакой попутавший берега ректор или директор школы не сможет держать у себя неблагонадежного преподавателя, несмотря на мудрые советы вышестоящих товарищей. Теперь всё спокойно.

Спасибо тебе, дорогой президент. Я тронут твоей заботой. Пока ты и подобные тебе сидят наверху, заниматься делом жизни я не смогу.
Кстати, кажется, я сейчас единственный человек в России, к которому эти поправки применимы. Другие преподаватели, осуждённые за «экстремизм», мне неизвестны.

Впрочем, я не сомневаюсь, что число фигурантов будет расти. Всё к тому идёт.

UPD: Нет, я не единственный такой всё же. В августе 2011 года штраф в 20 тысяч рублей по 282 статье был вынесен в Ижевске Ирине Дедюховой. Она вузовский преподаватель.

Поделиться