Дополнительное меню

В судебном процессе Андрея Кутузова вскрылись фальсифицированные вещественные доказательства обвинения

+1
0
-1

Это уже даже не смешно. 17 февраля магический театр показал свою абсурдную сущность лучше, чем когда бы то ни было. Слов нет по поводу этой "Фемиды". Ощущение, что бьёшься головой об стену, показывая суду очевидное, а суд предпочитает не видеть.
Как и ожидалось, обвинение в лице помощника прокурора Центрального АО города Тюмени Д.В. Щеглова осмотрело вещественные доказательства. Начали с транспарантов с разных митингов, изъятых в ходе обыска ("Автономное Действие", "Наше отечество - всё человечество", "За радикальную реформу МВД" и т.д.). Что обвинение хотело доказать демонстрацией этих "доказательств" - совершенно непонятно. Что я периодически бываю на митингах, а иногда и сам их провожу? Ну так я и не отрицаю, вроде. Потрясли этими транспарантами на публику и сложили обратно.

Продемонстрировали компьютер (также изъятый в ходе обыска). Не включали даже, просто показали. Защита ещё раз обратила внимание на то, что упаковка этого "вещдока" на момент его осмотра при знакомстве с делом была нарушена, и это отражено в протоколах ознакомления. Впрочем, в любом случае, всё, что на компьютере нашли, приобщено к делу и я не отрицаю наличия на нём фотографий с митинга 30 октября 2009 года. Вот только они не доказывают ни изготовления ни распространения мной каких бы то ни было листовок. Поэтому мы ещё раз ходатайствовали перед судьёй Гариповой о возврате компьютера, ибо он в этом судебном процессе вообще никакой роли не играет. Гарипова отказала, мотивировав это тем, что "может, он ещё в суде следующей инстанции понадобится". В общем, до приговора точно не отдадут.

Посмотрели милицейскую видеозапись митинга - с моего ноутбука. Судья теперь могла уже лично удостовериться, что в видеозаписи напрочь отсутствуют моменты, где бы я что-либо раздавал. Не знаю уж, заинтересовало ли это её.

А вот дальше и начался абсурд высшей пробы. Обвинение достало последний вещдок - CD-диск Verbatim, по их версии изъятый у меня в ходе обыска 14 апреля 2010 года. На диске три файла формата Open Document и два файла формата PDF. Нас (и обвинение) интересуют два файла с названиями менты.odt и менты.pdf. Это, собственно, говоря макет той самой "экстремистской" в двух разных форматах. То есть, гипотеза обвинения состоит, видимо, в том, что я перед митингом сделал эту листовку и записал её на CD-диск. Только вот эта гипотеза сегодня рассыпалась как карточный домик.
Напомню, что мы уже раньше говорили, что доказать изъятие у меня именно этого диска в принципе невозможно, потому что в протоколе обыска стоит просто "104 компакт-диска". Уже исходя из этого диск можно было бы отметать как недопустимое доказательство. Но было понятно, что суд, мягко говоря, пристрастен, поэтому пришлось нам доказывать, что я не верблюд. И это вполне удалось.
Итак, воткнули диск в ноутбук, посмотрели. Даты изменения всех пяти файлов - 27 или 29 октября 2009 года. Вроде всё сходится - злобный экстремист Кутузов создал файлы, записал их на диск и оставил его валяться, пока не пришли с обыском бравые чекисты и не нашли улику. Открываем файл менты.odt в OpenOffice. Смотрим дату, которую выставляет сама программа OpenOffice, независимо от дат, которые ставит операционная система. И видим такие данные:
Изменён: 17.06.2010, 15:29:56
Напечатан: 17.06.2010, 15:24:12

17 июня! На диске, который якобы я записал в октябре 2009 года, присутствуют файлы, которые изменяли и печатали в июне две тысячи десятого! На тот момент мой компьютер и ноутбук уже два месяца как находились в ФСБ, равно как и все изъятые диски. Да, если кто не знает - файлы, которые записаны на CD-R диск, изменить уже нельзя. Это диски однократной записи. Дописать что-то новое можно, изменить старое - никак.
Пригласили в зал специалиста с высшим техническим образованием и опытом работы программистом, чтобы он объяснил что к чему (хотя, в общем-то, любому разумному человеку и так всё ясно). Специалист подтвердил, что данные OpenOffice действительно означают дату и время, когда файл последний раз изменяли и печатали. А следовательно, диск никак не мог быть записан раньше трёх часов дня 17 июня 2010 года. Что же касается даты "29 октября" в атрибутах файлов, то существует множество способов её изменить вручную. То есть, скорее всего файл менты.odt изменялся и печатался 17 июня, затем его сохранили, вручную изменили ему дату создания на 29 октября, поставили системной датой компьютера то же самое 29 октября и записали диск. Вроде всё чисто, но забыли о том, что OpenOffice тоже сохраняет данные.
Затем у специалиста спросили, можно ли определить в какой программе был записан этот компакт-диск. Специалист ответил, что можно при помощи программного обеспечения, анализирующего служебную информацию диска. Прямо тут же на ноутбуке специалиста диск был проанализирован и выяснилось, что он записан программой Nero_Burning_ROM. На вопрос, под какими операционными системами работает эта программа, специалист ответил, что только под семейством Microsoft Windows. Следовательно, диск был записан на компьютере с установленной MS Windows.
Между тем, на обоих моих компьютерах (и это подтверждается протоколами осмотра, которые писало само следствие) стоит только операционная система Linux. Никакой Windows там нет в помине, я уже лет шесть ей не пользуюсь.
Итак: диск записан явно не на моём компьютере и при этом не раньше июня 2010 года. При этом следствие утверждает, что изъяло его у меня при обыске в апреле. В связи с явными признаками фальсификации защита ходатайствовала о вызове в суд в качестве свидетеля следователя РУ ФСБ А.С. Сухарева, чтобы предметно расспросить его о всех этих интересных вещах и выявить его роль в появлении такого забавного диска.
Обвинение, конечно же, было резко против. Помощник прокурора Щеглов мотивировал это тем, что "диск в ходе следствия надлежащим образом осматривался, подписи понятых есть, всё в порядке". Судья Гарипова с ним согласилась и отказала в ходатайстве.
Шок. Прокурор и судья предпочли просто не заметить явной, откровенной фальсификации, разоблачённой от и до. Что ж, в протоколе заседания всё это зафиксировано и этот вопрос ещё будет поднят.

Зачитали экспертизы защиты. Обе из Нижнего Новгорода. Во-первых, автороведческое исследование, в котором группа учёных приходит к выводу, что в инкриминируемой листовке есть инородные фрагменты и они могут принадлежать авторству другого лица. Кроме того, по их мнению, квалификация призывов как экстремистских не относится к компетенции психолого-лингвистического исследования, что перечёркивает предыдущие экспертизы, выполненные работниками ФСБ и Уральского центра судебной экспертизы. Лингвист или психолог вообще не может определять, что есть экстремизм, а что нет - так считают доктора наук и профессора из Нижнего.
Во-вторых, это социологическое исследование, в котором столь же представительный коллектив исследователей утверждает, что сотрудники милиции не являются социальной группой ни в целом, ни по отдельности, а следовательно - невозможно разжигать к ним социальную рознь. Строго говоря, исходя из этой экспертизы, меня тут же нужно оправдать за отсутствием состава преступления (разжигание ненависти к милиции - не экстремизм). Правда, в данном случае, отсутствует ещё и событие преступления (я эту ненависть и не разжигал).
Исходя из этой последней экспертизы было сделано ещё одно ходатайство. Поскольку законодательство не уточняет определения термина "социальная группа", а в научной среде имеются существенные разногласия по вопросу о том, кого считать социальной группой, а кого нет, мы фактически имеем неопределённость в законе. Получается, что за одно и то же деяние может наступить наказание, а может и не наступить - в зависимости от того, к какой научной школе будет принадлежать эксперт, которому поверит суд. Это естественно, нарушает принцип равенства граждан перед законом. Поэтому мы ходатайствовали о направлении запроса в Конституционный Суд РФ на предмет конституционности употребления понятия "социальная группа" в "антиэкстремистских" законах. То есть, фактически, просили КС РФ разрешить коллизию в законодательстве. Дополнительно приложили заверенную копию недавнего решения одного из свердловских судов, который отказал в признании текстов экстремистскими именно на том основании, что власть и государственные органы не являются социальной группой.
Судья и сторона обвинения ответили отказом. Мотивировка тоже была замечательная: "Судебный процесс идёт по законам, которые приняты и действуют. Нет нужды просить у КС разъяснений.". Защита ещё раз попыталась пояснить, что в том-то и дело, что законе есть лакуны и эти лакуны важны для конкретного дела. Поэтому и нужно уточнить у высшего судебного органа страны. Ответ был тем же. Вот уж действительно, "Планета Шелезяка. Еды нет. Растительности нет. Населена роботами".
Полный текст ходатайства выкладываю комментарием к этому материалу.

Продолжилось заседание допросом свидетеля защиты Михаила Агапова, кандидата исторических наук. Михаил пояснил, что участвовал в организации митинга 30 октября 2009 года (хотя официально организатором не являлся). Он был на собрании организаторов в ТЦ "Гудвин" за несколько дней до митинга и именно тогда он предложил то самое пятое требование: "создание общественных советов при ГУВД". Предыдущие 4 требования митинга к тому моменту уже были доступны в интернете. Это пятое требование организаторы после бурного обсуждения также приняли и решили включать в листовки. Но в интернет его до митинга выложить уже не успели. Так вот, в инкриминируемой листовке (в отличие от листовок реальных) это требование отсутствует. Поэтому Михаил Агапов вполне уверенно, когда ему показали инкриминируемую листовку из дела, сказал, что такой листовки на митинге не раздавалось и раздаваться не могло.
Если даже предположить, что злобный экстремист Кутузов (по версии следствия) втайне от прочих организаторов слепил свою листовку с добавлением туда экстремистских призывов, то совершенно непонятно, что заставило его убрать именно это пятое требование, которое он поддержал на общей встрече. А вот исходя из предположения о фальсификации листовки, всё объясняется очень просто: фальсифицирущие не были организаторами митинга, на собраниях не присутствовали, а получали информацию лишь из интернета. Поэтому о пятом требовании они просто ничего не знали и клепали листовку "из того что было".
Кроме того, Михаил Агапов сообщил, что я на митинге вообще не раздавал никаких листовок, потому что был занят техническими вопросами. В общем-то, это подтверждает показания других свидетелей защиты, в частности - официальных организаторов митинга.

Затем защита вернулась к "космической" психологической экспертизе госпожи Усовой. На прошлом заседании судья Гарипова выразилась в том духе, что она позволит защите со своего ноутбука продемонстрировать сайт авторов программы "Словодел" (использовавшейся Усовой), чтобы судья самолично убедилась в том, что там параллельно со "Словоделом" предлагают защиту от вампиризма и "реальные чудеса по последнему слову науки" и "воздействие на информационное поле Вселенной". Но (сюрприз!) помощник прокурора Щеглов оказался резко против. По его мнению (практически дословно) "содержимое этого сайта не имеет отношения к вопросу о допустимости экспертизы". То есть, прямые свидетельства антинаучности программ, которые использовались в экспертизе, обвинение совершенно не волнуют. Судья Гарипова, конечно же, с Щегловым согласилась и в обозрении сайта "Словодела" отказала.

Точно так же отказала она и в приобщении распечатки статьи Е.Н. Волкова "Методология и структура социально-психологической экспертизы по ситуациям влияния", опубликованной ещё в 2004 году в "Вестнике Нижегородского государственного университета" (солидное рецензируемое издание). Е.Н. Волков, в частности, пишет:
Что же касается психолингвистических и фоно-, видеосемантических методов, то у них довольно ограниченные возможности на этом поле. В их распоряжении в действительности не так уж много концепций и инструментов, которые имеют качественное научное и экспериментальное обоснование для подкрепления выводов по ситуациям влияния. В российских условиях такое положение, к сожале нию, еще и серьезно отягощено субъективностью некоторой части экспертов, использованием сомнительных концепций и просто псевдонаучного инструментария по типу программ «ВААЛ» и «Диатон».
Кто не в курсе, напоминаю, что "Диатон" и "Словодел" - это два названия одной и той же программы. Так что её псевдонаучность это не только моё утверждение. Впрочем, судье Гариповой, похоже, было всё равно. Она отказалась приобщить эту распечатку к делу на том основании, что она не заверена. Доводы о том, что это официально опубликованная статья в научном журнале, выходные данные имеются и найти этот журнал не проблема, влияния не возымели.

Затем до обеда защита лишь успела зачитать несколько документов из первого тома дела. Например, исследование, проведённое в ТюмГУ ещщё до возбуждения уголовного дела, осенью 2009. Оказывается, там профессор Карабулатова тоже пришла к выводу о том, что текст экстремистский (и этим вышла за пределы своей компетенции), но в исследовательской части экспертизы написала чрезвычайно интересные вещи. По её мнению, в тексте есть предложения разговорного характера, он неряшлив, что говорит о поспешности изготовления листовки и о том что в характере её изготовителя присутствуют "резонерство, истероидность и ажиотация". Эксперт отмечает, что в тексте есть опечатки, стилистические, орфографические и пунктуационные ошибки, просторечные фразеологизмы и т.д.
Всё это вступает в явное противоречие с экспертизой госпожи Мочаловой (свердловская ФСБ), по мнению которой в тексте листовки отсутствуют пунктуационные ошибки, у автора "богатый словарный запас", он "устойчиво владеет нормами публицистического стиля речи", в листовке "соблюдены основные нормы грамотности русского языка". На этом основании Мочалова и определила профессию предполагаемого автора - преподаватель, что чудесным образом совпало с моей реальной профессией. На допросе Мочаловой защита задавала вопросы о том, однороден ли текст, есть ли в нём элементы, явно не соответствующие уровню образования университетского преподавателя. Мочалова ответила, что таких элементов в тексте нет.
Теперь выясняется, что наличие таких элементов подтверждают не только экспертизы защиты, но даже экспертизы обвинения! Неудивительно, что обвинение не особо-то упоминает исследование Карабулатовой - оно им неудобно. Не то что такие хорошие и подходящие экспертизы Мочаловой.

В самом конце заседания защита ещё раз зачитала документы, подтверждающие то, что следствие с самого начала пыталось закрыть любую информацию о деле, в том числе и путём навязывания мне подписки о неразглашении данных следствия. Это решение следователя Сухарева было признано незаконным и отменено Центральным районным судом Тюмени 24 мая 2010 года.

На этом сегодняшнее заседание закончилось. Следующий акт театра абсурда уже скоро - 21 февраля в 9 часов 30 минут. Там защита продолжит предъявлять свои доказательства. И смотреть на реакцию судьи Гариповой. Если, конечно, хоть какая-то реакция вообще будет иметь место.

Поделиться

Комментарии

Отклонённое ходатайство

В производстве мирового суда находится дело по обвинению гражданина Российской Федерации Кутузова Андрея Борисовича в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 280 УК РФ, то есть публичных призывов к осуществлению экстремистской деятельности.
Из постановления о привлечении в качестве обвиняемого, вынесенного старшим следователем следственного отделения РУФСБ России по Тюменской области майором юстиции Сухаревым А.С., следует, что Кутузов, действуя умышленно с целью возбуждения социальной розни, нарушения свобод и законных интересов человека и гражданина в зависимости от его социальной принадлежности, изготавливал и распространял листовки, в которых содержалась информация, призывающая к осуществлению насильственных действий в отношении сотрудников Центра по противодействию экстремизму ГУВД по Тюменской области, то есть публично призывал к осуществлению экстремистской деятельности.
Федеральный закон от 25.07.2002 года №114-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности» под экстремистской деятельностью понимает, в частности, «нарушение прав, свобод и законных интересов человека и гражданина в зависимости от его социальной, расовой, национальной, религиозной или языковой принадлежности или отношения к религии».
Вывод о том, что действия Кутузова образуют состав преступления, предусмотренного ч.1 ст. 280 УК РФ, сделан следователем на основании экспертного заключения, подготовленного сотрудником Криминалистической лаборатории Управления ФСБ России по Свердловской области Мочаловой С.А., и экспертного заключения, подготовленного сотрудниками ГУ Уральский региональный центр судебной экспертизы Усовой О.В. и Архаровой В.И. Указанные эксперты признали, что представителей силовых структур, работников милиции и представителей государственной власти, можно объединить в группу по признаку социальной принадлежности (социальную группу), а, следовательно, действия, направленные против них являются экстремистской деятельностью.
Однако, данная позиция не является единодушным мнением научного и экспертного сообщества. К примеру, внесудебное комиссионное социологическое исследование, проведенное в рамках дела Кутузова специалистами Нижегородского государственного университета им. Н.И.Лобачевского доктором социологических наук В.П. Козырьковым, кандидатом политических наук Д.В. Зерновым и ассистентом кафедры социологии культуры и духовной жизни НГУ Р.В. Сундуковым, свидетельствует об обратном. По мнению указанных специалистов, для того, чтобы иметь основания отнести сотрудников органов внутренних дел к отдельной социальной группе, необходимо закрепление соответствующего понятия в каком-либо юридическом документе. Между тем, законодательное определение сотрудников милиции как «группы» либо «социальной группы» отсутствует.
Анализируя положения действующего законодательства, специалисты приходят к выводу, что в статьях закона о противодействии экстремистской деятельности понятие «социальная группа», безусловно, использовано для обозначения больших социальных групп, основанием для которых выступает идеологическая, расовая и национальная принадлежность. То есть речь идет не о малых социальных группах (профессиональных, семейных, учебных и т.п.), а о таких социальных группах, которые имеют массовый характер и образуются на основе определенной идеологии, политической позиции, расовых и религиозных различий.
Противоречия между малыми социальными группами, даже если возникают, не имеют идеологического или политического характера, и потому не подрывают основы безопасности государства и общества. А ведь именно на эти объекты посягают преступления, перечисленные в главе 29 Уголовного кодекса РФ.
Выводы специалистов Козырькова, Зернова и Сундукова сводятся к следующему. Работники милиции представляют собой один из государственных институтов, имеющих характер иерархической организации, функционирующей через малые профессиональные группы, однако в целом они не являются социальной группой — ни большой ни малой. Их претензии на принадлежность к особой социальной группе противоречат духу и букве действующего законодательства. Кроме того, специалисты отмечают, что в социологии определение понятия «социальная группа» во многом зависит от контекста исследования. При этом в любом случае, социальная группа — часть общества, а не государственная организация (как МВД, Центр по противодействию экстремизму или др.)
О неоднозначности данной проблемы свидетельствуют и результаты внесудебного комплексного лингвистического, социологического и политологического исследования, проведенного также сотрудниками Нижегородского государственного университета Колтуновой Е.А., Радбилем Т.Б., Козырьковым В.П. и Гронской Н.Э. в рамках дела по обвинению кемеровского блогера Дмитрия Соловьева в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 282 УК РФ. Один из вопросов, поставленных перед специалистами, - «Относятся ли сотрудники ФСБ РФ, МВД РФ, Минюста РФ и т.д. к социальной группе, если да, то к какой и по каким причинам?» - непосредственно связан и с делом Кутузова. Из материалов исследования видно, что специалисты не смогли дать единодушного ответа. Так, социолог однозначно отрицает возможность принадлежности сотрудников ФСБ РФ, МВД РФ, Минюста РФ и т.д. к социальной группе. Политолог полагает, что данный вопрос еще находится в состоянии научного обсуждения, однако социальная группа не должна соотноситься с государственными структурами, иначе говоря, милиционеры теоретически могут рассматриваться как социально-профессиональная группа, а МВД, ФСБ и Минюст — нет. В постановлении о прекращении уголовного дела в отношении Соловьева, старший следователь Шлегель Р.И. указал, что поскольку результаты повторных комплексных психолого-лингвистической и политолого-социологической судебных экспертиз не устранили противоречий, имевшихся в полученном по этому делу ранее экспертном заключении, и устранить данные сомнения не представляется возможным, следствие приходит к выводу о том, что действия Соловьева не образуют состава преступления.
Таким образом, мы видим три подхода, демонстрируемых отдельными группами экспертов и специалистов: (1) сотрудники милиции являются социальной группой; (2) сотрудники милиции не являются социальной группой; (3) вопрос о том, являются ли сотрудники милиии социальной группой, находится в стадии научного обсуждения и в настоящее время однозначно не решен. Очевидно, что отсутствие единства мнений по данному вопросу может привести к различным судебным решениям.
Изучив во взаимной связи положения, высказанные следователем Сухаревым А.С., экспертами Мочаловой С.А, Усовой О.В. и Архаровой В.И., специалистами Козырьковым В.П., Зерновым Д.В., Сундуковым Р.В., Колтуновой Е.А., Радбилем Т.Б., Гронской Н.Э., положения статьи 1 Федерального закона от 25.07.2002 года №114-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности» и статьи 280 Уголовного кодекса РФ, полагаем необходимым обратить внимание Суда на противоречие, как нам представляется, отдельных пунктов указанных законов Конституции РФ.
Согласно статье 19 Конституции РФ, все равны перед законом и судом. Однако, отсутствие в законе (как в статье 280 Уголовного кодекса РФ или в любом другом разделе Уголовного кодекса, так и в законе о противодействии экстремистской деятельности) однозначного определения понятия «социальная группа» создает условия для ограничения этого конституционного права и нарушения принципа правовой определенности.
В этой ситуации решение о наличии в действиях обвиняемого состава преступления, фактически обусловливается экспертом, который дает заключение о возможности признания той или иной группы лиц социальной группой в смысле уголовного и антиэкстремистского законодательства. Однако, как видно, в научной и экспертной среде не существует единого подхода к разрешению данной проблемы.
Нарушение принципа правовой определенности в свою очередь порождает незаконное ограничение свободы слова, гарантированной статьей 29 Конституции РФ и права на свободное выражение своего мнения, утвержденного статьей 10 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод.
В соответствии со статьей 10 Европейской конвенции, ограничение права на свободное выражение своего мнения должно быть предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности, территориальной целостности или общественного порядка, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья и нравственности, защиты репутации или прав других лиц, предотвращения разглашения информации, полученной конфиденциально, или обеспечения авторитета и беспристрастности правосудия.
Правовая позиция Европейского Суда по правам человека, выраженная в решении по делу «Санди Таймс» против Соединенного Королевства» от 26.04.1979 года заключается в том, что из выражения «предусмотрено законом» вытекают два следующих требования. Во-первых, право должно быть в адекватной мере доступным: граждане должны иметь соответствующую обстоятельствам возможность ориентироваться в том, какие правовые нормы применяются к данному случаю. Во-вторых, норма не может считаться законом, пока она не будет сформулирована с достаточной степенью точности, позволяющей гражданину сообразовывать с ней свое поведение и предвидеть последствия, которые может повлечь за собой то или иное действие. Действующая формулировка закона не дает гражданам, выражающим свои мнения по тем или иным вопросам, возможности адекватно оценивать последствия своих поступков, поскольку не позволяет предвидеть какую именно группу лиц эксперты признают социальной группой.
Другой не менее важный критерий — необходимость в демократическом обществе. Европейский Суд по правам человека, например, в постановлении по делу «Хендисайд против Соединенного Королевства» от 07.12.1976 года указал, что свобода выражения мнения является одной из фундаментальных основ демократического общества и одним из основных условий его развития и самосовершенствования каждой личности. Причем, это относится не только к той информации или идеям, которые получены законным путем или считаются не оскорбительными или незначительными, но и тех, которые оскорбляют или вызывают возмущение.
Важное уточнение сделано Европейским Судом в постановлении по делу «Гринберг против России» от 21.07.2005 года - свобода выражения мнения допускает целый ряд исключений (эти исключения перечислены в пункте 2 статьи 10), которые, однако, должны узко толковаться. Необходимость любых ограничений должна быть убедительно подтверждена. Кроме этого, критерий необходимости в демократическом обществе требует установления того, было ли вмешательство обусловлено настоятельной общественной потребностью, было ли оно соразмерным преследуемой правомерной цели, являются ли доводы, приведенные национальными властями в его оправдание, достаточными и соответствующими.
Полагаем, что изначально смысл установления ответственности за нарушение прав и свобод человека и гражданина в связи с его социальной принадлежностью заключался в необходимости защиты уязвимых категорий граждан — беженцев, инвалидов, бездомных, гомосексуалистов и других подобных групп. Представляется, что сотрудников милиции - представителей государства, облеченных властью, - вряд ли можно признать уязвимой категорией населения. Напротив, Европейский Суд также неоднократно указывал, что пределы допустимой критики в отношении представителей власти, осуществляющих свои властные полномочия, шире, нежели в отношении обычных граждан.
В соответствии с п.4 ст. 15 Конституции РФ, общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора. Российская Федерация как участник Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод признает юрисдикцию Европейского Суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции. Поэтому применение Конвенции должно осуществляться с обязательным учетом практики Европейского Суда.
В соответствии с п.2 ст. 55 Конституции РФ, в Российской Федерации не должны издаваться законы, отменяющие или умаляющие права и свободы человека и гражданина. Отсутствие законодательного закрепления понятия «социальная группа» в уголовном законодательства и законодательстве о противодействии экстремизму создает условия для умаления прав и свобод человека, в частности, права на равенство перед законом и права на свободное выражение мнения.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 125 Конституции РФ, ст. 101 и ст. 102 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»,

ПРОШУ:

Направить в адрес Конституционного Суда РФ запрос о соответствии ст. 19, ст. 29, п.2. ст. 55, а также п.4 ст. 15 Конституции РФ, т.е. о конституционности ч.1 ст. 1 Федерального закона от 25.07.2002 года №114-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности», а именно:

«1)экстремистская деятельность (экстремизм):
...
возбуждение социальной, расовой, национальной или религиозной розни;
пропаганда исключительности, превосходства либо неполноценности человека по признаку его социальной, расовой, национальной, религиозной или языковой принадлежности или отношения к религии;
нарушение прав, свобод и законных интересов человека и гражданина в зависимости от его социальной, расовой, национальной, религиозной или языковой принадлежности или отношения к религии»;

а также статьи 280 Уголовного кодекса РФ, а именно:

«Статья 280. Публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности
1. Публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности -
наказываются штрафом в размере до трехсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до двух лет, либо арестом на срок от четырех до шести месяцев, либо лишением свободы на срок до трех лет».

Приложения:
1)Копия заключения экспертов №59, 60/06-1 от 17 марта 2010 года.
2)Копия заключения эксперта №134 от 10 июня 2010 года.
3)Копия внесудебного комиссионного социологического исследования, проведенного специалистами Нижегородского государственного университета им. Н.И.Лобачевского Козырьковым В.П., Зерновым Д.В. и Сундуковым Р.В. от _________ 2010 года.
4)Копия внесудебного комплексного лингвистического, социологического и политологического исследования, проведенного сотрудниками Нижегородского государственного университета им. Н.Э. Лобачевского Колтуновой Е.А., Радбилем Т.Б., Козырьковым В.П. и Гронской Н.Э. от _________ 2010 года.
5)Копия постановления о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) от 31 декабря 2009 года.

_______ дата, подпись

Отлично!
1
Неадекватно!
0
Изображение пользователя aleks.

чеж в истории с диском не заявил отвод гариповой? Почему не заявил требование о принятии судьей сообщения о совершенном преступлении - фальсификации дока ? Вот счас всю эту историю и пиши во все дыры Генеральной прокуратуры и СК рф и в прочие помойки. Обязательно заявление на прокуроришку шИпунцова по факту попытки скрыть очевидное преступное деяние . И вот эти два заявления на на порокуроришку и на сухарева Обязательно направы заявления в ФСБ России- пусть тожа примут в установленном порядке и направят по подведомственности.

Отлично!
0
Неадекватно!
0

На все наплевать. А кому не наплевать, на того наплевать.

Всё будет.

Отлично!
0
Неадекватно!
0

Судья откровенно смотрит в рот прокурору (ладно бы прокурору - оставили какого-то помощничка, явно с заданием: ни о чем не думай, все отрицай и запрещай; действительно, если вопрос о судебном "разбирательстве" даже не ставится - зачем на это дело целого нормального рпокурора расходовать...).
А Щеглов тоже красавец. Отказать - говорит - в ходатайстве. Адвокат ему: почему?! Вот же, смотрите, новые обстоятельства, вообще на фальсификацию тянет. Но ничего не ответила рыбка в смысле птичка... Ниче Дениска Щеглов не ответил. Только зубы покрепче сжал, да в стол свой уставился. Ну чисто пионер-герой под пытками.
А ведь молоденький чувак. Ведь обсуждает вечером в девушкой и друзьями, как прошел рабочий день. И что он им говрит?! Как вообще можно не свихнуться на такой работе? Разве что обладать гопник-стайл психологией типа "да эти нефоры распустившиеся вообще не люди, мочить бы их всех надо". ?

Ну а о веселом: на 72 ру опубликовали заметку и видео.
Поглядите. Там запечатлен пикет в здании суда: помпрокурора и пристав растягивают транспарант за реформу МВД :))

Отлично!
0
Неадекватно!
0
Изображение пользователя aleks.

Ну этому пошнику щеглову и гариповой далее предстоит еще крепче зубки сжать. Я бы им посоветовал на следующее заседание палочки деревянные в зубки взять- чтобы от напряжения зубки не раскрошилися ))))

Отлично!
0
Неадекватно!
0

На все наплевать. А кому не наплевать, на того наплевать.

Господа, напомните еще раз, по какому адресу цирк показывают?

Отлично!
0
Неадекватно!
0

Республики, 6

Отлично!
0
Неадекватно!
0
Изображение пользователя aleks.

Кстати, надо бы с Латыниной связаться. Она тожа к.ф.н. И жутко любит материалы по распиздяям из фсб. То что уже озвучено и что БУДЕТ озвучено на суде я думаю у нее вызовет оргазм))))

Отлично!
0
Неадекватно!
0

На все наплевать. А кому не наплевать, на того наплевать.

Изображение пользователя aleks.

И сделайте наконец фото гариповой и щеглецова КРУПНЫМ планом (хотя бы с видушки), кто тут специалист по фоткам.

Отлично!
0
Неадекватно!
0

На все наплевать. А кому не наплевать, на того наплевать.

[img_assist|nid=4820|title=|desc=|link=node|align=center|width=100|height=85]
[img_assist|nid=4821|title=|desc=|link=node|align=center|width=100|height=92]
[img_assist|nid=4822|title=|desc=|link=node|align=center|width=100|height=93]
[img_assist|nid=4823|title=|desc=|link=node|align=center|width=100|height=93]

Отлично!
0
Неадекватно!
0

какая-то маета с сертификатами безопасности - изображение не просматривается

Отлично!
0
Неадекватно!
0

Отлично!
0
Неадекватно!
0
Изображение пользователя ДИР.

Маразм крепчал.

Отлично!
0
Неадекватно!
0